115093, Россия, Москва,
ул. Павловская, 18, офис 3
+7 495 204-17-38

9:00-19:00 МСК, пн-пт

развернуть свернутьО «Лингвотек»

Бюро переводов «Лингвотек» может по праву считаться международным. За 12 лет работы мы выполнили более 50000 переводческих заказов как для корпоративных, так и для частных клиентов. Мы дорожим нашей репутацией, поэтому максимальное внимание уделяем качеству выполняемых нами переводов. Мы сотрудничаем только с опытными квалифицированными переводчиками. Штат нашей компании насчитывает 30 постоянных переводчиков и более 1000 узкоспециализированных специалистов. Охват языков с которыми мы работаем по-настоящему впечатляет: 285 основных языковых пар. Основные языки:

Наиболее растространенные тематики/востребованные лингвистические услуги:

Более 500 клиентов по всей России рекомендуют нас как надежных партнеров:

Мы предлагаем лучшие на российском рынке переводческие услуги
по соотношению стоимости и качества

Агентство переводов «Лингвотек» снимает языковые барьеры. Мы с энтузиазмом берёмся за выполнение тестовых переводов, а любую консультацию о переводе и правовом оформлении документов Вы можете получить обратившись к нам любым удобным Вам образом:

Свяжитесть с нами

РФ, г.Москва, ул. Павловская, 18, офис 3

или оставьте Ваш телефон - с Вами свяжется наш менеджер
и поможет выработать наиболее оптимальный формат сотрудничества.

*уточняйте у менеджера

Преимущества нашего агентства:
гибкость и комплексный подход
высочайшее качество переводческих услуг
безукоризненное соблюдение сроков
специализированные департаменты
курьер бесплатно*

Центр переводов Лингвотек — это Лучшее в Центральной России бюро переводов по соотношению цена-качество!

А.А. ЛЕОНТЬЕВ Папуасские языки


А. А. Леонтьев

ПАПУАССКИЕ ЯЗЫКИ

(М., 1974. - 116 с.)


ВВЕДЕНИЕ

Термину "папуасские языки" не соответствует какая-либо генетическая единаягруппа ли семья языков. Этот термин, происходящий, по-видимому, из малайскогоязыка [1] и впервые введенный в его современномобъеме С. Рэем [Ray - 1982], как и многие другие (например, палеоазиатские языки),носит чисто условный характер и обычно употребляется для обозначения всех немеланезийских(т.е. не принадлежащих к австронезийской или малайско-полинезийской семье) языково-ва Новая Гвинея и близлежащих островов независимо от наличия или отсутствиягенетических связей между ними. В этом значении термин "папуасские языки" употреблени в заглавии настоящей книги.
Вслед за авторами "Атласа народов мира" мы относим к папуасским: а) как ужебыло сказано, все немеланезийские и неполинезийские языки Новой Гвинеи и мелкихостровов прибрежной полосы; б) немеланезийские языки архипелага Бисмарка (впервую очередь о-ва Новая Британия) и Соломоновых о-вов (в первую очередь о-ваБугенвиль). Общее количество говорящих на папуасских языках, по данным "Атласа",составляет 2 млн. 187 тыс. человек. Из них на Западный Ириан (часть Индонезии)приходится 630 тыс., на Новую Гвинею и Папуа [2]- соответственно 1 млн. 60 тыс. и 413 тыс., на архипелаг Бисмарка - 43 тыс.,на о-в Бугенвиль, управляемый Австралией - 30 тыс., на Британские СоломоновыОстрова - 3 тыс. и на принадлежащие Австралии острова Торресова пролива - 8тыс. Эти данные относятся к 1961 г.
Ввиду того что указанная численность весьма приблизительна (на Новой Гвинеене проводилось систематических переписей), приведем для сравнения некоторыедругие оценки. На 1959 г. Б. В. Андрианов дает следующую численность папуасскихнародов: Западный Ириан - 600 тыс., Папуа - 300 тыс., Новая Гвинея - 950 тыс.(включая острова Бисмарка и Бугенвиль), Британские Соломоновы Острова - 3 тыс.,итого - 1 млн. 853 тыс. [Численность - 1967]. П. И. Пучков указывает для Папуа- Новой Гвинеи весьма неопределенную цифру - около четырех пятых от всего населения,т. е. примерно 1600 тыс. [Пучков - 1967а]. Более точные, основанные на новейшихдемографических данных оценки приводит Н. А. Бутинов: Западный Ириан - 710 тыс.,Новая Гвинея - 1260 тыс., Папуа - 531 тыс. Но он включает в это число и меланезийскиенароды. Что же касается собственно папуасов, то их число определяется примернов 2100 тыс. человек [Бутинов - 1968].
Еще менее точны имеющиеся в литературе данные об общем количестве папуасскихнародов и языковых групп (семей). Называются самые различные цифры: в большинствеисточников - от 60 до 100 семей и от 300 до 700, а кое-где и 1000 отдельныхязыков. Читатель-лингвист может сделать отсюда закономерный вывод, что большаячасть языковых семей Новой Гвинеи - карликовые, включающие менее десяти языков,и что, по-видимому, само понятие языка применительно к Новой Гвинее не вполнеопределено. Это действительно так (см. ниже).
Однако наряду с подобными карликовыми семьями (нередко из одного-двух языков)на Новой Гвинее, как мы покажем далее, имеются и "настоящие" семьи, включающиедесятки языков и до нескольких десятков, а то и сотен говорящих. Последние мыбудем ниже называть "семьями", а карликовые семьи и совокупности близкородственныхдиалектов - "группами".

ОСНОВНЫЕ СВЕДЕНИЯ ПО ИСТОРИИ ИЗУЧЕНИЯ ПАПУАССКИХ ЯЗЫКОВ

Едва ли не первым европейцем, который занимался на Новой Гвинее исследованиямипапуасских языков (как и вообще антропологией и этнографией папуасов), был русскийученый Н. Н. Миклухо-Маклай (1846-1888). Он провел на Новой Гвинее в общей сложностиоколо трех лет. Особенно долгое время прожил он на северо-восточном берегу,в районе залива Астролабия (1871-1872, 1876-1877, 1883) и побывал также на западноми южном берегах острова (1880-1881). Результатом этих экспедиций явились (вчисле других) словари и списки фраз на различных диалектах исследуемой области(берега Миклухо-Маклая), интересные заметки "Замечания об изучении языка и одиалектах папуасов берега Маклая", а также список слов на диалектах берега (Папуа-Ковиай,см. [Миклухо-Маклай - 1951]; обзор этих материалов см. (Loukotka - 1953]. Впрочем,в языковедческом отношении эти записи не отличаются от аналогичных им записейдругих этнографов (т. е. в той же мере субъективны и в той же мере не имеютнаучно-лингвистического осмысления), хотя и обнаруживают в Н. Н. Миклухо-Маклаевнимательного наблюдателя и весьма добросовестного исследователя.
В конце XIX - начале XX в. значительный вклад в изучение языков Новой Гвинеивнесли немецкие и английские востоковеды. В 1876-1877 гг. Ф. Мюллер впервыепредложил деление языков Новой Гвинеи на меланезийские и папуасские [Muller- 1876-1877]. В течение почти полувека изучал папуасские языки С. Рэй, оставившийряд описаний отдельных языков и диалектов и несколько обзорных исследований.В одном из них сделана попытка дать перечень типологических особенностей, отличающихпапуасские языки от меланезийских [Ray - 1927]. Основная масса публикаций попапуасским языкам на английском и немецком языках принадлежит миссионерам. Побольшей части это либо списки слов, либо попытки систематического описания грамматикиотдельных языков, несущие на себе, ка.к правило, следы влияния европейской грамматическойтрадиции и потому не вполне адекватные языковому материалу. Что касается языковЗападного Ириана, то в их изучение особенно много труда вложили два голландскихмиссионера, работавших там в 10-40-х годах XX в., - X. Гейртьенс и П. Драббе.Их исследования обобщены в монографии И. Булаарса [Boelaars - 1950]. Из другихзначительных ученых-папуасоведов конца XIX - начала XX в. назовем здесь В. Шмидтаи Г. Пилхофера.
В сущности по-настоящему систематическое исследование папуасских языков насовременном научном уровне началось только в 50-х годах. Оно осуществляетсяв основном силами лингвистов двух научных учреждений - Австралийского национальногоуниверситета и так называемого Летнего лингвистического института (США).
Австралийских лингвистов возглавляет Стивен Бурм. Вместе с тремя своими коллегами(Дж. Хэррисом, Н. Малмквистом и Д. Лэйкоком) он издает обширную серию "ПубликацийКанберрского лингвистического кружка", где наряду с австралийскими языками ведущееместо занимают папуасские языки. Сам С. Вурм в конце 50-х годов изучал языкиЦентрального Нагорья (1958-1959). Примерно в то же время (1959-1960) Д. Лэйкокзанимался языками округа Сепик, выделив и детально исследовав семью нду [Laycock- 1965]. Супруги А. и П. Хили в 1961-1963 гг. изучали языки центрального ареала(район Телефомин). Выделив типологическими методами семьи ок и оксапмин, А.Хили затем - первым в папуасской лингвистике - построил сравнительно-историческуюфонетику двух подсемей, горных ок и равнинных ок, и пытался, хотя еще и не опубликовалрезультатов этой попытки, восстановить общую генетическую основу для всей группыок, см. [Wurm - 1965]. Затем он перешел к детальному изучению языка телефол(телефомин). Дж. Хэррис обследовал диалекты группы киваи ("северный киваи")(1963-1964) и продолжает исследование этой группы. К. Крайпер занимался в 1962-1964гг. языком чимбу. 'В 1965-1966 гг. эти исследования продолжались, например С.Смит занималась языком коита, Т. Даттон - языками коита, коиари, серамина, кокилаи квале (все в окрестностях Порт-Морсби, Папуа). В Западном округе работалиС. Вурм и К. Форхуве. В 1965 г. Вурм занимался языками камано и кенгана, Д.Райен - языком тоарипи и т. д.
Летний лингвистический институт, основанный в 1942 г., начал работу на НовойГвинее с 1956 г. Результаты его работы описаны в нескольких публикациях, к которыммы и отсылаем читателя [Bibliography - 1966; Bibliography -1968; Hooley - 1968].С 1968 г. Новогвинейское отделение Летнего института выпускает собственный ротапринтныйжурнал "Kivung". Другой специализированный папуасоведческий журнал, выходящийна Новой Гвинее, - "Journal of the Papua and New Guinea Society". За 10 лет,до 1966 г., институт обследовал 67 языков Новой Гвинеи, из них 56 папуасских.К 1968 г. общее их число достигло уже 75. Был выполнен также ряд обзоров поотдельным суб-округам (sub-districts). В 1965 г. Д. Би опубликовал первый опытсравнительной фонетики языков Центрального Нагорья; [Bee - 1965]. А. Капелл,начавший работу над папуасскими языками еще в конце 30-х годов, в последниедесятилетия опубликовал лишь ряд обзорных работ (см. библиографию в конце книги).Кроме него папуасскими языками занимается еще ряд лингвистов из Сиднейского,Оклендского университетов, а также из США, Англии, ФРГ, Японии.
Работы по папуасской лингвистике, кроме канберрских "Публикаций", печатаютсяв основном в журналах "Oceania" (и приложениях к нему), "Oceanic Linguistics","Anthropological Linguistics". Отдельные публикации имеются в журналах "Lingua","Linguistics", "Zeitschrift fur Phonetik, Sprachwissenschaft und Kommunikationsforschung"и др.
Во время и после второй мировой войны языки Западного Ириана интенсивно исследовалисьголландскими лингвистами. Им принадлежит ряд очень важных обзорных работ поотдельным районам острова и по Западному Ириану в целом. Среди них следует назватьГ. Кована, И. Ансо, К. Форхуве (сейчас работает в Австралии) и К. Галиса [Cowan- 1953; Galis - 1955-1956 и др.].
Попытка составить лингвистическую карту Новой Гвинеи по сводным данным, вчастности по официальной карте языков Новой Гвинеи [New Guinea Languages - 1955],была предпринята Р. Зальцнером в его известном "Атласе языков индо-тихоокеанскогоареала" [Salzner - 1960]. К сожалению, в этом атласе не учтены еще результатыработ последнего десятилетия, кое в чем весьма серьезно изменивших, а иногдаи перевернувших наши представления о локализации отдельных языков и групп языков.
Общий обзор состояния папуасской лингвистики на 1968 г. дан в книге "Лингвистикав Океании" ("Linguistics in Oceania" - 1970]. В этом томе имеются, в частности,статьи Д. Лэйкока и К. Форхуве "История исследования папуасских языков", С.Вурма "Языковая ситуация на Новой Гвинее", "Пиджины, креольские языки и linguefranche", "Языковая политика, языковое строительство и письменность в НовойГвинее и Австралии", работа Дж. О'Грэди и Ч. Зайса "Список языков Океании".
Известен ряд работ по папуасским языкам Ч. Лоукотки [Loukotka - 1952, 1957],в том числе обзорная статья о классификации папуасских языков и глава о папуасскихязыках в энциклопедии "Les langues du rnonde". К сожалению, эти работы, содержащиемного полезной информации, в целом приходится признать неудачными. B них крайнеплохо и мало использованы работы последних десятилетий, имеются субъективные,необоснованные утверждения, оценки количества говорящих нередко взяты "с потолка".Поэтому работы . Лоукотки могут быть использованы лишь при условии проверкиих другими источниками, ср. (Cowan - 1959, стр. 973 и сл.].
Все, что опубликовано на русском языке о папуасских языках, за исключениемсравнительно недавно изданных материалов Н. Н. Миклухо-Маклая, - это информацияв лучшем случае из вторых, а обычно даже из третьих рук, т. е. обзоры чужихобзоров. Лингвистическое описание дано лишь для языка бонгу Н, А. Бутиновым,хотя и по устаревшим материалам [Бутинов и Лихтенберг - 1956]. Тому же авторупринадлежат отдельные статьи и книга, на которую мы уже ссылались выше. Надо,впрочем, признать, что наряду с субъективными положениями, подвергнутыми разборуниже, эти работы содержат очень ценную лингвистическую информацию, нередко уникальную.Две работы - статья и глава в книге - принадлежат океанисту П. И. Пучкову [Пучков- 1967а, 1967б]. Есть и еще некоторые публикации этнографического, историческогои т. п. характера, где также затрагиваются проблемы языка, см., например, [Лихтенберг- 1962; Тумаркин - 1969].Осенью 1971 г. Берег Миклухо-Маклая посетила советская экспедиция под руководствомД. Д. Тумаркина, собравшая новые материалы по языку бонгу. Эти данные еще неопубликованы.

РАСПРОСТРАНЕНИЕ ПАПУАССКИХ ЯЗЫКОВ

Описание языков Новой Гвинеи чаще всего производится по отдельным административнымокругам. Таких округов до 1966 г. было девять на территории Новой Гвинеи и шестьв Папуа [3]. Западный Ириан также разделен надевять округов (кабупатенов). Мы же здесь изберем другой путь - сначала перечислимустановленные в папуасоведении (хотя бы предположительно) крупные генетическиеединицы, а затем охарактеризуем по отдельным округам языки и группы, оставшиесявне этой общей картины. Сведения о генетических связях мы даем по новейшим данным,опираясь на материалы, обобщенные в главе 2 книги П. И. Пучкова [4],но внося в них в случае необходимости соответствующие коррективы по более позднимисточникам. Разницу в данных о количестве говорящих мы не оговариваем, принимаябез обсуждения более поздние или более точные данные.
Начнем с "филы" (phylum), включающей в себя языки племен, населяющих ЦентральноеНагорье о-ва Новая Гвинея (это округа - Восточное Нагорье, Западное Нагорьеи Чимбу территории Новая Гвинея и округ Южное Нагорье, Папуа). Языки эти быливесьма скрупулезно обследованы в последнее время австралийскими и американскимилингвистами. По их данным вырисовывается следующая картина.
Чтобы не занимать лишнего места, мы примем следующие условные обозначения:надсемьи (stocks) - прописные латинские буквы, семьи - римские цифры, подсемьи(subfamilies) - строчные латинские буквы, языки и группы - арабские цифры соскобкой [5].
А.
I.
a. 1) гадсуп - 6 тыс.; 2) агараби - 8 тыс.; 3) ойана - ок. 1 тыс.
b: 1) ауйана - 4 тыс.; 2) усуруфа - ок. 1 тыс.
с: 1) ава - ок. 1 тыс.
d: 1) таирора - 8 тыс.; 2) камбаира; 3) бинумариэн; 4) ваффа - всего ок. 8,5тыс.
II.
а: 1) генде - 8 тыс.; 2) бийом - ок. 0,5 тыс.
b: 1) сиане-15 тыс.; 2) йабийуфа - 4,5 тыс.
с: 1) гахуку - ок. 8 тыс.; 2) асаро - 12 тыс.; 3) бенабена - ок. 13 тыс.
d: 1) камано - 38тыс.; 2) йагариа (ягариа) - 14 тыс.; 3) кеигана - 8,5 тыс.;4) каните - 2,5 тыс.; 5) йате (яте) - 4 тыс.
е: 1) форе - 12 тыс.; 2) гими - 17 тыс.
III.
а: 1) хаген (медлпа) - 60 тыс.; 2) ава (ауа) - 0,5 тыс.; 3) гавигл - 31 тыс.
b: 1) вахги - 37 тыс.; 2) нии - ок. 6 тыс.
с: 1) йоадабе-ватоаре - 4,5 тыс.; 2) нарак - ок. 4,5 тыс.; 3) кандаво - 5,5тыс.
d: 1) чимбу, или куман, - 60 тыс.; 2) нагане - ок. 0,5 тыс.; 3) группа диалектовдом - 43 тыс. (в том числе собственно дом - 9 тыс., гумине - 25 тыс., нондири- .2 тыс., солт - 7,5 тыс.); 4) синасина -16 тыс.; 5) чуаве - 6 тыс.; 6) элимбари-15тыс.; 7) номане - 2,5 тыс.; 8) киари - 1 тыс. (всего 142 тыс.).
IV.
а: 1) кьяка - 9 тыс.; 2) группа диалектов энга - 110 тыс.; 3) ипили-пайела- 4,5 тыс. Из числа диалектов энга отметим диалект маэ - 31 тыс.
b: 1) лембен - ок. 700 человек.
с: 1) хули - 54 тыс.
d: 1) группа диалектов менди - 30 тыс.; 2) кева - 39 тыс.; 3) маги - 2 тыс.;4) аугу - 3 тыс.; 5) сау - 2,5 тыс.
е: 1) вир у - 14 тыс.
V.
a: 1) карам - 10-14 тыс.; 2) кобон; 3) гантс - 3,5 тыс.
VI.
а: 1) дуна - 6 тыс.
B.
а: 1) микару - 4 тыс.; 2) кевах - ок. 300 человек.
b: 1) полола; 2) фораба - всего ок. 1,5 тыс.
с: 1) бара - 50 человек; 2) ро - 200 человек.
d: 1) ибукаиру; 2) сеса - всего 0,5 тыс.
е: несколько сот человек, говорящих на малоизвестных языках.
C.
Фои (кутубу) - ок. 3 тыс.
D.
Паваиа - ок. 2 тыс.
Эта (первая) фила охватывает 783 тыс. говорящих, По мнению С. Вурма, многиеиз перечисленных языков можно рассматривать как диалекты, тогда их общее числоуменьшится примерно до 30.
Вторая фила включает в себя языки п-ова Юон (округ Моробе) и охватывает примерно71,5 тыс. говорящих (здесь и далее приняты те же условные обозначения, что ираньше):
A.
I. 1) набак - 10 тыс.; 2) момолили - ок. 1 тыс.
II: 1) комба - 7 тыс.; 2) селепет - ок. 7 тыс.; 3) тимбе - 11 тыс.
В.
I. 1) оно - 3 тыс.; 2) ок. 2 тыс. говорящих на малоисследованных языках, родственныхоно.
II: 1) хубе - 4 тыс.; 2) дедуа - 4 тыс.; 3) тобо - 3 тыс.; 4) косоронг - более1 тыс.; 5) миндик - ок. 1,5 тыс.; 6) бурум - ок. 3 тыс.
С.
I: 1) кате - 4 тыс.; 2) мапе - 6 тыс.; 3) несколько мелких языков.
Еще несколько языков, типологически близких языкам п-ова Юон, быть может,родственны им (лексико-статистический индекс порядка 20% при индексе внутрифилы от 36 до 74%). Это: 1) урува - 1,5 тыс.; 2) сом; 3) юпна - 2,5 тыс.; 4)не, или боана, - 9 тыс.; 5) ируму - ок. 2 тыс.; 6) вантоат - 7 тыс.; 7) рава,или эрава, - 2,5 тыс. Описываемая фила дает индекс близости к языкам Нагорьяот 8 до 16%; поэтому она, быть может, родственна первой филе.
Третья фила языков распространена на юго-востоке острова, в основном в Папуа(Центральный округ, Северный округ, округ Милн Бэй), а также в округе Моробетерритории Новая Гвинея. Общее количество говорящих составляет около 110 тыс.:
A.
I. а: 1) коита - 2,3 тыс.; 2) коиари - ок. 2 тыс.: 3) горный коиари - ок.4 тыс.;
I) бараи - 3 тыс.; 2) манагаласи - ок. 3 тыс.; 3) аомиэ - 1 тыс.
II. а: 1) корико - ок. 1 тыс.; 2) манубара - ок. 1,5 тыс.
III: 1) баридзи - ок. 300 человек; 2) йареба - ок. 2 тыс.; 3) бауваки; 4)бинахари - всего ок. 2 тыс.; 5) магори - ок. 200 человек.
IV: 1) квале - ок. 1 тыс.
B.
I) фуйуге -10 тыс.; 2) тауаде - 9 тыс.; 3) кунимаипа - 8 тыс.; 4) вери -2 тыс.; 5) биангаи - ок. 1 тыс.
C.
1) суэна - 1,5 тыс.; 2) йекора - 300 человек; 3) тсиа - более 3 тыс.; 4) бинандере- 3 тыс.; 5) амбаси - 0,5 тыс.; 6) аига - 1,5 тыс.; 7) орокаива - 25 тыс.; 8)эваге - 10 тыс.; 9) баруга - 1,3 тыс.; 10) корапе - 3,5 тыс.; 11) несколькомелких языков.
D. 1) маилу - ок. 4 тыс.
Следующая, четвертая фила охватывает наибольшую по площади часть о-ва НоваяГвинея, включая юг и юго-запад Западного Ириана и значительную часть Папуа итерритории Новая Гвинея (200 тыс. говорящих). Она включает, по Вурму, следующиеязыки, семьи, надсемьи и т. п.:
А.
I.
а: 1) каморо - ок. 8 тыс.; 2) семпан - ок. 0,5 тыс.; 3) асмат - ок. 34 тыс.
b: Языки авйу (ауиу) - в общей сложности ок. 20 тыс. говорящих.
с: Языки ок, родство которых друг с другом можно считать доказанным сравнительно-историческимиметодами: 1) телефол - 4 тыс.; 2) бимин - 1 тыс.; 3) тифал - 3 тыс.; 4) мианмин1,5 тыс.; 5) нгалум - 15 тыс.; 6) сибил - 3 тыс.; 7) южный кати - 4 тыс.; 8)северный кати - 8 тыс.; 9) йонггом - 2 тыс.; 10) ивур -1 тыс.; 11) нинггрум- 3,5 тыс.; 12) ряд мелких языков. Bcero ок. 52 тыс. говорящих.
d: 1) момбум - 250 человек.
II.
а: 1) биан - ок. 1 тыс.; 2) маринд - 6 тыс,; 3) якаи - 8 тыс.
b: 1) боази - 1,6 тыс.; 2) прочие языки - ок. 2 тыс.
III.
а: 1) авин - 7,5 тыс.; 2) паре - 1,5 тыс.
b: 1) само - 0,5 тыс.; 2) кубо - 0,5 тыс.; 3) бибо - 0,5 тыс.; 4) алибу и5) аибе - ок. 600 человек.
с: 1) беами - 3 тыс.
d: 1) босави - 1,2 тыс.
IV. Семья киваи - ок. 20 тыс.
V. Семья ориомо - ок. 3,5 тыс.
VI. Семья гогодала (гогодара) - 7,5 тыс.
VII. Семья тирио - ок. 800 человек.
VIII. 1) фасу - 750 человек.
IX. 1) мириам - 500 человек.
X. Семья турама-кикори - 5 тыс.
B. 1) йен - 1 тыс.; 2) канум - 320 человек; 3) мораори - 40 человек.
C. 1) кимагхама - 3 тыс.; 2) риантана - 1 тыс.; 3) ндом - 450 человек.
D. 1) елмек - 350 человек; 2) маклеу (маклев) - 120 человек.
Е. Языки р. Морхид - ок. 1,6 тыс.
F. 1) агоб - 1 тыс.
G. 1) оксапмин - 4 тыс.
Из языковых семей этой филы языки каморо, семпан, асмат распространены в районеЗемли Фредерика-Хендрика (Западный Ириан); языки ок - в геометрическом центреострова, так сказать, вокруг точки, где сходятся границы Западного Ириана, территорииНовая Гвинея и Папуа. Языки киваи (крупнейший из них - керева, ок. 12 тыс.)распространены в округах Галф и Западном (Папуа). Большая часть других семейлокализуется в восточной части Западного Ириана.
Пятая фила - языки Западного нагорья, т. е. горной части Западного Ириана,- ок. 250 тыс. говорящих:
А.
I. 1) экаги (экари), или капауки, - 10 тыс.; 2) вода, или водани, - ок. 5тыс.; 3) мони - 15-20 тыс.
II. 1) ухундуни - несколько тысяч.
B. Семья дани (ндани) - ок. 200 тыс.
С. Язык дем (ндем) - ок. 500 человек.
По Вурму, перечисленные филы можно объединить в центральноновогвинейскую макрофилу(индекс 3-7%) (или - по более новым данным - в "трансновогвинейокую филу").К ней он считает возможным предположительно отнести также несколько семей, распространенныхв округах Западный Сепик и Восточный Сепик. Сюда относятся следующие группировкиязыков:
фила языков среднего течения Сепика (74 тыс.) - семья нду (единство которойдоказано) - 58 тыс.; крупнейшие языки этой семьи - абелам, или маприк, - 29тыс., боикин - 17 тыс., савос - ок. 2 тыс., ятмул - ок. 8 тыс., манамбу - 1,5тыс.; семья квома - ок. 3 тыс.; язык намие - 3 тыс.;
фила языков верхнего течения Сепика:
А. 1) абау - 3,4 тыс.; 2) ивам - более 1 тыс.; 3) вогамусин - ок. 340 человек;4) амал - 330 человек.
B. Семья рам - ок. 1 тыс.
C. Семья тама - ок. 5 тыс.
D. Несколько малоисследованных языков, всего около 1,5 тыс.;
семья Сепик-Хилл - 6,7 тыс. говорящих. Крупнейшие языки: аламблак - 1 тыс.,каприман, или васаре, - 1 тыс., хева - 1-2 тыс.
По самым последним данным (конец 1972 г.), однако, большая часть языков Сепикавыделяется Вурмом и его школой в особую филу сепик-раму.
Еще две семьи, в отношении которых есть типологические и лексико-статистическиеоснования для объединения их с описанными ранее (если вообще считать их основаниями,см. ниже), - это семья голиаф и семья анга, или кукукукуку. Первая распространенав горной части Западного Ириана (число говорящих неизвестно), вторая в округахГалф (Папуа) и Моробе (Новая Гвинея). Общее число говорящих на языках анга -около 43 тыс.; крупнейший из языков этой семьи - капау (29 тыс.).
Голландский лингвист Кован полагает, что можно говорить о "севернопапуасской"филе. Однако даже Вурм считает, что основания для выделения этой филы сомнительны,хотя все-таки пытается соотнести ее с другими, ранее пepeчисленными филами.Если все же согласиться с Кованом, то его фила охватит около 35 тыс. говорящихпримерно на 50 языках в Западном Ириане. Из этих языков упомянем здесь нимборан- 3 тыс. и сентани - 6 тыс.
Сомнительны в отношении родства с ранее перечисленными языками также языкибогиа (округ Маданг) - около 46,5 тыс. Из них укажем здесь; боснгун - 2 тыс.;якиба - 2,2 тыс.; вагинуда - 2,3 тыс.; улинган - 1,2 тыс; макаруб - 5,7 тыс.;монумбо - 450 человек; гум - 2,5 тыс.; анаберг - 2 тыс.; мугил - 1,7 тыс.; гарус- 1,9 тыс.; халопа - 1,7 тыс.; мавак - 1 тыс.; васкиа - 6,7 тыс.; димир - 1,3тыс.; амеле - 4,1 тыс.; ябен - 600 человек.
Далее следуют филы и семьи, не обнаруживающие poдства с другими.
"Западнопапуасская фила": это, по Ковану, языки п-ов Фогелкоп иБомбераи (крайней западной части Новой Гвинеи), а также севернохальмахерскиеязыки и языки о-вов Тимор и Алор. Из собственно папуасских языков, которых несколькодесятков, о большинстве неизвестно ничего, даже количество говорящих. Вместес тиморскими и севернохальмахерскими число говорящих определяется примерно в100 тыс. человек.
Фила вапеи-палеи - около 40 языков, взаимное родство которых пока остаетсясомнительным. Это языки Торричеллиевых гор округа Западный Сепик. Общее числоговорящих - около 65 тыс. Упомянем языки оло (ок. 9 тыс.), ау (4 тыс.), урат(3,6 тыс.), семью арапеш (18 тыс.), язык валман (600 человек).
Фила квомтари, также локализуемая в Западном Сепике, - ок. 2,4 тыс. говорящих.
Фила языков р. Лефт Мэй в районе верхнего течения р. Сепик - ок. 2 тыс. говорящих.
Семья языков р. Леонарда Шульце, примерно в том же районе - ок. 400 говорящих.
Семья сенаги на границе Западного Ириана и территории Новая Гвинея - ок. 3тыс. человек.
Фила буса в верхнем течении р. Сепик - ок. 500 человек.
Семья тоарипи, установленная еще С. Рэем в 1907 г. (родство несомненно!).Всего около 30 тыс. человек; включает языки ороколо (6,2 тыс.), ваилала (4,2тыс.), керема (3,1 тыс.) и тоарили (16,8 тыс.). Они распространены в округеГалф (Папуа) на побережье.
Фила языков о-ва Бугенвиль - 37 тыс., из которых назовем насиои (11 тыс. человек)и буин (или телеи, ругара) - 7,5 тыс.
Семья языков о-вов Риф и Санта-Крус (часть архипелага Соломоновых о-вов) -ок. 6 тыс.
Переходим теперь к описанию размещения папуасских языков по географическому(а не генетическому) принципу.
1. Западный Ириан. Кроме языковых семей и фил, описанных ранее (четвертаяфила, включающая языки ок, каморо-семпан-асмат и др.; языки Западного Нагорья;языки голиаф; севернопапуасская фила; западнопапуасская фила; языки сенаги),большая часть языков Западного Ириана относится к австронезийской семье. Помимоних на этой территории распространено довольно большое число языков, о которыхвообще неизвестно ничего, кроме самого факта их существования или - в лучшемслучае - названия. Так обстоит дело, например, с районами к северо-востоку отобластей распространения языков голиаф и к северо-западу от языков ок, к северуот языков дани и т. п.
2. Округа Западный и Восточный Сепик. Здесь распространены языки четвертойфилы (в особенности языки среднего течения Сепика (включая нду), языки верхнеготечения Сепика, языки Сепик-Хилл, языки вапеи-палеи, палеи, языки квомтари,языки р. Лефт Мэй, языки р. Леонарда Шульце, языки сенаги, языки буса, а также(частично) севернопапуасокие, квомтари и богиа. Уже это делает район р. Сепиксвоего рода лингвистическим заповедником. Однако кроме перечисленных фил и семейтам локализованы еще следующие группы: группа нор-пондо, около 8 тыс. говорящих,крупнейший язык - ангорам (4 тыс.); группа буна (ок. 3 тыс.).
Из множества изолированных языков назовем лишь те, на которых говорит не менеетысячи человек: килмери, бемби, юри, вом, алфендио, банаро.
Наконец, некоторые районы бассейна р. Сепик остаются до сих пор лингвистическинеописанными.
3. Округ Маданг. Здесь основная масса языков - это языки Нагорья (вчастности, карам, гантс и др.) и языки богиа. Помимо них распространены австронезийскиеязыки. Что касается изолированных папуасских, то из них следует назвать языкбонгу (этот язык, или, точнее, группа диалектов, распространен на берегу Маклаяи был предметом исследования для самого Н. Н. Миклухо-Маклая, а недавно длясоветских этнографов, прошедших по его следам) и язык эрава (2,5 тыс.) (см.,однако, выше).
4. Округ Моробе. Здесь локализуются языки п-ова Юон, языки анга (кукукуку)и языки третьей филы, в частности кате, бинандере, гоилала. Много австронезийскихязыков. Изолированных папуасских сравнительно немного, в частности гуху-самане(4 тыс.).
5. Северный округ. Сюда относятся почти исключительно языки третьейфилы (бинандере, орокаива и др.).
6. Округ Милн Бэй. Кроме языков третьей филы (йеле, керема и т. п.)и австронезийских можно назвать язык дага (димуга) - 3,5 тыс. говорящих. Другиеизолированные языки известны только по названиям.
7. Центральный округ. Языки третьей филы (коита, койари, маилу), нопо большей части - австронезийские.
8. Округ Галф. Языки четвертой филы (киваи, особенно керева), языкитоарипи, языки анга (кукукуку), языки Нагорья (микару, паваиа). Кроме них здесьраспространены язык корики, или намау (ок. 5 тыс.), небольшая группа, включающаякибене, касере, ваийеме (ок. 5 тыс.), и еще несколько почти неизвестных языков.
9. Западный округ. Языки четвертой филы (киваи) и несколько малоисследованныхизолированных языков и групп.
10. Округа Нагорья. Здесь распространены языки первой филы (языки Нагорья),далее языки четвертой филы, языки Сепик-Хилл, языки кукукуку. Известны три изолированныхязыка: вапа (600 человек), ваисера (200 человек), ганати (300 человек).
11. Новая Британия. В основном населена племенами, говорящими на австронезийскихязыках. .Кроме них следует назвать: баининг (4-5 тыс.) на п-ове Газель, гаулил,бутам, сулка (1 тыс.), кол, васи, анем. По имеющимся данным, они совершенноне связаны друг с другом генетическим родством.
12. Новая Ирландия. Кроме австронезийских языков можно назвать лишьязыки панарас и лелет; оба почти совершенно не исследованы.
13. Бугенвиль. Кроме австронезийских языков здесь все языки относятсяк особой филе (см. выше).
14. Британские Соломоновы Острова. Языки билуа (2 тыс., о-в Велья-Лавелья),баниата (80 человек, о-в Рендова), казакуру, гулили, дороро (о-в Нью Джорджия),лавукалеве (о-в Рассел), савосаво (о-в Саво). В общей сложности до 5 тыс. говорящих.
Последние исследования внесли в нарисованную здесь картину некоторые изменения.Так, K. Форхуве предполагает, что "севернопапуасская" фила Кована не имеет правана самостоятельное существование, и включает большую часть языков этой филыв четвертую филу, а остаток (языки ско) в семью вапеи-палеи. К той же четвертойфиле он относит языки голиаф и несколько изменяет всю внутреннюю структуру этойфилы.
Не следует забывать, что приведенная здесь схема, во-первых, не является общепринятой(это в значительной мере продукт исследований Вурма и его учеников и отражениеих личного мнения [6]). Во-вторых, она опираетсяна крайне неравномерную информацию: значительная часть источников недостоверна(это случайные записи нелингвистов, взятые иногда не из первых рук), а достоверныеисточники подробны в различной степени [7].В-третьих, далеко еще не ясно, в какой мере тот или иной язык следует определенноотносить к папуасским языкам или австронезийским [8].В-четвертых, сама методика установления родства оставляет желать лучшего. Тамили иначе, как бы мы ни перекраивали лингвистическую карту Новой Гвинеи, намедва ли удастся в обозримое время и используемыми ныне методами (о них см. ниже)свести многообразие папуасских языков к десятку-двум семей. На подобной попытке,сделанной Н. А. Бутиновым, мы далее остановимся.

МЕТОДЫ УСТАНОВЛЕНИЯ РОДСТВА ПАПУАССКИХ ЯЗЫКОВ

Необходимость этого раздела вызвана тем, к сожалению, бесспорным фактом, чтопока утверждения относительно родства тех или иных языков Новой Гвинеи отнюдьне покоятся на солидном методологическом базисе. Остановимся на некоторых изприменяемых методов.
Прежде всего перечислим методы сопоставления папуасских языков, практиковавшиесядо начала 60-х годов (Wurm - 1965, стр. 373 и сл.). Это: а) составление параллельныхсписков лексики без всяких попыток дальнейшего сравнения (та,к работал, в частности,Н. H. Миклухо-Маклай); б) составление параллельных списков грамматических характеристикразных языков, априорно считаемых родственными; в) типолого-грамматическое сопоставлениенаиболее бросающихся в глаза характеристик языков в той или иной области (А.Кэпелл); г) анализ типологических характеристик, общих для папуасских языков(С. Рэй). С 1958 г. под руководством Вурма началась систематическая работа поустановлению языкового родства на Новой Гвинее. Эта работа распадалась в каждомслучае на три этапа: а) предварительная группировка; б) детальное описание;в) компаративное (или типологически-компаративное) исследование. Начнем с первогоэтапа.
Наиболее приблизительным способом установления родства, вернее первичной группировкиязыков, является методика сопоставления слов, записанных в соседних деревняхили вообще в близких пунктах. Берутся слова, имеющие общую семантику, и сопоставляютсяпофонемно. Если фонемы (точнее, звукотипы) в этих словах полностью идентичны,им приписывается индекс 4. Если разница в одной фонеме - индекс 3, в двух -индекс 2, если разница достигает трех или более фонем, но слова все же безусловнородственны - индекс 1. Наконец, если слова заведомо неродственны, им выставлялсяиндекс 0.
Такая работа была проделана со списком примерно из 200 слов и предложений(составленным на базе списка Сводеша); далее подсчитывалось отношение суммывсех реальных индексов к потенциально возможной сумме всех индексов и переводилосьв проценты. Если процент превышал определенную норму, считалось, что мы имеемдело с одним и тем же общим языком или диалектом, объединяющим данные деревни(вообще данные пункты); в противном случае считалось, что налицо группа диалектов.Аналогичный подсчет делался для языков при объединении их в группы, для группязыков при объединении их в семьи и т. п. Мы не останавливаемся здесь на конкретныхпримерах использования этой "прикидочной" методики, так как это использованиев разных случаях различно [9].
На базе того же списка осуществлялось лексико-статистическое исследование.Однако в языковой ситуации Новой Гвинеи эта методика используется, так сказать,не по своему прямому назначению: полученные лексико-статистическим методом датировки,как указывает А. Кэпелл [Capell - 1969; ср. McElhanon - 1971, 130], не отражаютпоследовательность ответвления отдельных языков от общего языка-предка, а лишьслужат условной мерой их близости друг другу.
Получив таким образом общее представление о группировке языков и диалектов(причем учитывались и другие факторы, например грамматические характеристики[Wurm - 1965, стр. 392-393 и др.; Capell - 1969, стр. 121-122; Саpell - 1962в],взаимная понимаемость), исследователи переходят к подробному описанию системыкаждого отдельного языка. Подобные работы составляют ядро публикаций последнихлет в области папуасской лингвистики; если верить библиографическим источникам[Bibliography - 1966], едва ли не большее число таких описаний находится в рукописяхили издано на ротаторе минимальным тиражом и фактически недоступно.
После того как получено описание фонологических систем изучаемых языков, кним можно применить специальную методику, разработанную Вурмом совместно с егоучителем, известным американским лингвистом К. Вёглином (Voegelin, Voegelin,Wurm а. о. - 1963] и тоже носящую "прикидочный", предварительный характер. Этаметодика заключается в следующем. Для каждой генетической единицы (подгруппы,группы и т. д., нередко даже для пары языков) составляется специальная матрица,включающая две несуществующие фонологические системы: максимальную (т. е. состоящуюиз всех фонем, встречающихся в языках данной группы) и минимальную (состоящуюиз фонем, встречающихся в любом языке данной группы). Путем несложного арифметическогоподсчета выводится индекс фонологического расхождения внутри данной группы,после чего возможна дальнейшая обработка и сравнение различных групп и пар языков.Интересно, что анализ по этой методике дает результаты, в общем близкие данным,полученным лексикостатистическим путем. Вурмовокая "надсемья" построена именнотаким методом, и лишь частично она получила компаративистскую проверку.
Наконец, третьим звеном лингвистической разработки является анализ классическимисравнительно-историческими методами. Подобных попыток очень немного.
Из сказанного легко видеть, что даже те данные, которые в современном папуасоведениипредставляются бесспорными (например, данные .о "надсемье", полученные Вурмоми его сотрудниками), на самом деле оставляют желать лучшего в плане достоверности.За пределами же "надсемьи", если родство языков и доказано, то лишь в рамкахочень небольших языковых групп. Сравнительно-исторические исследования большогомасштаба единичны и крайне ограничены по материалу, например [McKaughan - 1969].Соображения же о родстве тех или иных семей чаще всего опираются на типологическиеаргументы.
Правда, есть попытки классическими лингвистическими методами показать родстворазличных групп и семей между собой. Наиболее известная из таких попыток принадлежитРоберту Шэферу (Shafer - 1965]. Он берет несколько групп языков из разных районовострова и пытается построить матрицу сравнительно-исторических соответствийв области фонетики внутри этих групп и между группами. Можно согласиться с егокритикой вурмовских методов как не дающих достоверной информации о генетическомродстве языков, но и применяемый самим Шафером метод "выборок", не говоря ужео собственно компаративистской его методике, весьма и весьма небезупречен.
В частности, Шэфер совершенно не учитывает фонетической специфики папуасскихязыков, приписывая условным транскрипционным знакам латинского алфавита их "европейское"значение.
Что же мы имеем в результате применения всех перечисленных методов? Каковыте бесспорные, объективные данные о генетическом родстве папуасских языков,которыми мы располагаем? В сущности их нет. Удалось бесспорно доказать лишь,что огромное множество языков и диалектов может быть сведено в более .ограниченное,но также внушительное (во всяком случае, более 100) количество групп. Этот неутешительныйвывод читателю следует иметь в виду, когда мы перейдем к следующему параграфу,посвященному общему обзору языковой ситуации на Новой Гвинее [10].

ЯЗЫКОВАЯ СИТУАЦИЯ НА НОВОЙ ГВИНЕЕ

В последнее время на эту тему много писал советский этнограф Н. А. Бутинов,выдвинувший довольно определенную концепцию взаимных отношений папуасских языков.Вкратце эта концепция может быть сведена к трем тезисам. Во-первых, факты, помнению Н. А. Бутинова, говорят "о том, что на Новой Гвинее до колонизации небыло и не могло быть той этнической и языковой раздробленности, из-за .которойэтот остров называли "островом лингвистических джунглей". Тем более нет этойраздробленности и в настоящее время" [Бутинов - 1962б, 86]. Во-вторых, Н. А.Бутинов считает возможным говорить не о языках или группах диалектов на НовойГвинее, а о "контактных этнических общностях", связанных с фактом "цепной связиязыков". В-третьих, внутри этнических групп, по Н. А. Бутинову, имеются "большие"языки. Такой язык "при наличии цепной связи между языками легко и быстро становитсяобщим для всех" [Бутинов - 1962а, 189].
Рассмотрим все эти три тезиса последовательно.
1. 'Как говорит автор в своей последней книге, "до последних лет не делалосьпопыток объединить племенные языки в группы родственных языков и выделить,таким образом, этнические подгруппы внутри трех основных этнических групп"[11] (разрядка моя. - А. Л.}. Далее, ссылаясьна авторитет Вурма, он говорит о двенадцати группах родственных племен в ВосточнойНовой Гвинее (здесь ошибка: три из них распространены в Западном Ириане) и заключает:"Наличие на острове крупных групп родственных племен резко меняет картину. Делов том, что папуас, говорящий на одном из языков внутри каждой группы, овладеваетдругим языком той же группы в очень короткий срок и без больших усилий" (следуетсноска на работу С. Вурма) [Бутинов - 1968, 28].
Начнем с того, что Н. А. Бутинов делает здесь типичную для этнографов ошибку,отождествляя родство языковое с родством этническим. Установление генетическойобщности каких-то языков абсолютно не влечет за собой автоматического объединениянародов, говорящих на этих языках, в этнические группы - и наоборот. Далее,нельзя понять, почему наличие крупных языковых групп (семей) "резко меняет картину".Ведь от этого языковая и диалектная дробность остальной части Новой Гвинеи неуменьшается. Обратимся к той самой статье С. Вурма, на которую так часто ссылаетсяН. А. Бутинов. С. Вурм пишет, что "число языков, входящих в семьи, в общем крайненезначительно в сравнении с общим числом языков на Новой Гвинее" [Wurm - 1960,132]. Правда, по количеству говорящих подобные семьи подавляют все прочие языкии мелкие группы: по данным Вурма, число говорящих на языках двенадцати основныхгрупп охватывает не менее 1 млн. 200 тыс. человек. Но что меняется от этогодля остальных 900 тыс. говорящих на папуасских языках? Другое дело, если бысерьезное изуче папуасских языков привело к тому, что языки, ранее считавшиесяизолированными, оказались родственными. Но это верно лишь относительно ограниченногоколичества языков. Что же касается общей картины, то, по прямому признантю С.Вурма [12], она представляется сейчас еще болеедробной.
Наконец, опять-таки совершенно неясно, что меняется от того, что папуас можетовладеть другим языком той же семьи или группы без больших усилий. Любой славянинможет овладеть неродным ему славянским языком "без больших усилий", во всякомслучае, легче, чем любым папуасским. Но, во-первых, это лишь потенциальная возможность.Во-вторых, едва ли это существенно для классификации славянских языков и едвали можно, опираясь на этот факт, делать какие-то выводы относительно лингвистическойкарты Восточной Европы. Другое дело, если бы налицо налицо массовое двуязычие;но этого сказать о папуасах Новой Гвинеи никак нельзя (см. ниже). Таким образом,оптимизм Н. А. Бутинова не имеет под собой никаких реальных оснований [13],и выделяемые им (все с тем же смешением языка и этноса!) на следующих страницахсемнадцать "групп родственных племен" для языковеда не представляют интереса.
Здесь возникает серьезный вопрос о том, что такое сама эта "взаимопонимаемость"родственных языков Новой Гвинеи. Рассмотрим его на "примере языков района Чимбуокруга Восточное Нагорье. Большая часть этих языков (13 из 16) принадлежит кописанной ранее надсемье и связана близким генетическим родством. Э. Дейблери Д. Трефри [Deibler and Trefry - 1963] специально анализировали интересующеенас явление. Вот к каким выводам они пришли: "Говорящие на одном языке пассивнопонимают один или несколько наиболее близкородственных языков. Это означает,что две группы могут общаться друг с другом, но каждая говорит на своем языке.Члены одной группы не говорят на других языках, которые они, однако, понимают...Это ведет европейца к выводу, что языковые различия незначительны, на уровнедиалектных; но эти "диалекты" оказываются в действительности различными языками...Таким образом, взаимопонимание не может служить адекватным критерием для классификацииязыков" (стр. 6-7). И далее излагаются интереснейшие наблюдения на этот счет:в частности, говорящие на кумаи после непродолжительного контакта понимают говорящихна куман, но говорящие на куман не могут понять говорящих на кумаи. Аналогичноеположение и в других округах Новой Гвинеи.
Проблема "взаимопонимаемости" специально рассмотрена С. Вурмом в одной изстатей, написанной им совместно с Д. Лейкоком, где авторы рассматривают, в частности,различные методы установления взаимопонимаемости и различные факторы ее. В особенностиследует обратить внимание на указание относительно распространенности на НовойГвинее так называемого пассивного билингвизма (человек понимает говорящего надругом языке, но сам на этом языке не говорит), а также на то, что нередко эффекткажущегося понимания связан с хорошим знанием предмета, о котором идет речь;информацию же о менее известных, не самоочевидных вещах человек понять не может[Wurm and Laycock - 1961, 136].
Одним словом, нет никаких оснований утверждать вслед за Н. А. Бутиновым, чтоязыковая дробность Новой Гвинеи - миф. К сожалению, это факт.
2. Имеет ли место на Новой Гвинее "цепная связь" языков, о которой пишет Н.А. Бутинов? Иными словами, соответствует ли фактам утверждение, что "папуасскиеязыки незаметно переходят один в другой"? Напомним, что на этот счет имеютсялишь неясные высказывания нескольких немецких исследователей, наблюдения Н.Н. Миклухо-Маклая, а из более поздних авторов - М. Мид и К. Рида. На этом сновании,однако, делались далеко идущие заключения методологического характера, ср.,например [Толстов - 1950]. Конечно, нет никаких серьезных причин ставить подсомнение сомнение факт "лингвистической непрерывности", установленный каждымиз указанных авторов. Но дело в том, что все эти наблюдения носят узколокальныйхарактер: в каждом случае исследователь имел дело с родственными языками и диалектами- или группы бонгу (Миклухо-Маклай), или группы нду (Мид), или вурмовской "надсемьи"(Рид), причем не просто родственными, а близкородственными. А если мы имеемдело с территорией, занятой близкородственными языками (диалектами), в "лингвистическойнепрерывности" нет ничего необычного. Она хорошо известна и славистам, и германистам,и романистам, и в какой-то мере тюркологам. Другое дело, если бы такая "непрерывность"была отмечена на стыках языков и групп языков, не находящихся в близком родстве.Но имеющиеся данные не позволяют этого утверждать. Напротив, "языковые границы"прослеживаются достаточно ясно, хотя "в большинстве случаев люди, живущие вдольязыковых границ, двуязычны или по крайней мере понимают соседний язык" [14],что тоже отнюдь не специфически папуасское явление.
На основе идеи о "цепной связи" Н. А. Бутинов высказывает гипотезу о "конэо"- контактных этнических общностях. Из сказанного видно, что она оправдана лишьприменительно к языкам (диалектам), генетически родственным. Что касается языковнеродственных, то здесь вопрос остается открытым. И, добавим, положительныйответ на него весьма сомнителен: как видно из его работ, Н. А. Бутинов, говоряо цепной связи языков, исходит больше из априорных предпосылок, чем из собственнолингвистических фактов, фактов конкретных языков. Поэтому он допускает лингвистическиенеточности, утверждая, например: "Совешенно ясно, что если соседние языки тесносвязаны друг другом, то и конечные звенья этой цели не могут резко и кореннымобразом отличаться друг от друга. В лексике большие различия, но по структуреязыки обычно сходны" [Бутинов - 1962а, 187].
Таким образом, "цепная связь" языков не представляет собой ничего специфическипапуасского и является фактом локального значения -для группы языков или диалектов,связанных генетическим единством.
3. Идея "большого" языка опирается на представление либо о массовом двуязычии,либо о тенденциях интеграции отдельных языков и диалектов в единый зональныйязык. Сразу же отметим, что никаких тенденций к интеграции на территории ВосточнойНовой Гвинеи не заметно. Так можно ли говорить о двуязычии? Начнем с того, чтоу некоторых (подчеркиваем - у некоторых, но не всех!) папуасоязычных групп традиционносложились языки межплеменного общения. В округе Маданг это меланезийские языкиманам и гедагед (грагед), в в округе Моробе - язык ябем {меланезийский) и кате(который пропагандируется как общий язык, впрочем, и местной лютеранской миссией);тот же язык кате распространился и среди жителей Центрального Нагорья. В округеМилн Бэй приняты ведау и добе (оба меланезийские) В Западном округе Папуа межплеменнымявляется так называемый островной киваи. В Центральном округе широко распространенмеланезийский язык суау; в округе Галф - папуасские языки тоарипи и ороколо.Вся Новая Британия и частично Новая Ирландия пользуются меланезийским языкомкуануа (ралуана), на Центральном Нагорье межплеменным является медлпа, на побережьеПапуасского залива - тоарипи, на южном побережье - моту.
С другой стороны, имеется тенденция, всячески поддерживаемая властями ВосточнойНовой Гвинеи, к распространению вспомогательных языков (lingue franche), общихесли не для всей страны, то по крайней мере для большей ее части. Эти языкислужат для делового и торгового общения и в то же время являются языками управления.Их два. На северо-востоке это пиджин-инглиш, являющийся одновременно и официальнымязыком всей Восточной Новой Гвинеи. В нашей папуасоведческой литературе принятосчитать, что это "уродливый жаргон", на котором-де нельзя выразить никаких сложныхпонятий. Думается, что это несправедливое (и в какой-то мере даже оскорбительноедля говорящих на нем) суждение.
Пиджин-инглиш Новой Гвинеи, который правильнее было бы, как это делают сейчасмногие лингвисты, называть "неомеланезийским", ни по своей структуре, ни посвоим социальным функциям принципиально не отличается от любого другого языка.Характеристика его Н. А. Бутиновым как смеси английской лексики с меланезийскойграмматикой ошибочна, ср. [Hall - 1966, 45]. Важно подчеркнуть, что неомеланезийскийязык - это, по крайней мере ныне, вовсе не искусственно развиваемый язык, насильственновводимый колонизаторами для своих целей, как это часто представляется неспециалистам.Конечно, он является в первую очередь "языком управления" [15].Но это отнюдь не только язык общения европейцев с "туземцами", а реально общийязык разноязычных племен. Во всяком случае, отмечены факты, когда европейцы,впервые попадая в новую область, заставали там неомеланезийский язык как сложившийсяязык межплеменного общения. Неомеланезийский язык реально понимаем в самых различныхчастях острова, и не случайно именно он используется как основной язык радиопередачи как язык ряда газет и журналов, предназначенных для более или менее широкогораспространения по острову (такие издания имеются в Лаэ, Маданге, Кавиэнге,Буке, Веваке и Paбауле). На неомеланезийском имеется своеобразная литература(в основном .песни) полуфольклорного характера, и, что особенно важно, существуюттерритории, где он выступает не как вспомогательный, а как родной язык туземногонаселения [16]. Нечего и говорить, он ни вкоей мере не может считаться непригодным для выражения каких-либо сложных понятий.Конечно, словарный запас его сравнительно беден. Но сравнительно с чем? С английскимязыком? Общеизвестно, что объем словаря определяется не внутренними свойствами,a распространением и общественными функциями языка.
Р. Халл приводит факты, когда европейцы, встретившиеся на Новой Гвинее и невладевшие ни одним общим языком, кроме неомеланезийского, свободно беседовалина этом последнем на такие темы, как теология или международ право. Даже с учетоминтернациональности терминологии эти факты довольно показательны для возможностейнеомеланезийского языка [Hall - 1966, 146].
Второй язык - так называемый police Motu, т. е. "административный моту". Этобывший (до 1948 г.) официальный язык Папуа, сложившийся па основе меланезийскогоязыка моту, но отличающийся от него некоторыми чертами, см. [Wurm and Harris- 1963, Wurm - 1964a].
Оба этих языка распространены гораздо шире и известны более широкому кругулюдей, чем межплеменные языки, перечисленные выше. На них говорят до 650 тыс.чел (из них 530 тыс. на неомеланезийском}, причем это число постоянно растет.Но, как можно понять из материалов о положении в различных частях острова, доступныхнам, знание их далеко не носит массового характера. Например, Д. Лэйкок испыталтрудности с отбором информантов по языкам группы нду именно из-за незнания илислабого знания ими неомеланезийского. В районе Чимбу им владеет примерно 5%населения. В районе Маунт-Хаген на каждое селение приходится один-два человека,понимающих этот язык, а в части его, прилегающей к р. Джими, таких людей вообщенет. В Папуа "административным моту" владеет, по Вурму, 13% жителей. Итак далее. Еще хуже обстоит дело со знанием межплеменных языков. Например, врайоне Чимбу, "теоретически" относящемся к ареалу распространения языка кате,Э. Дэйблер и Д. Трефри оценивают количество владеющих им примерно в... 2% населения(впрочем, на кате говорит сейчас в общей сложности до 60 тыс. человек, из которыхне меньше чем для 55 тыс. он не является родным).
Однако это положение неодинаково у разных папуасоязычных племен и зависитот различных причин демографического, экономического и т. п. характера. На п-овеЮон есть деревни, в которых каждый взрослый владеет тремя языками: родным, межплеменным(ябим) и неомеланезийским. В районе горы Майкел расселены три племени: камано(12 тыс.), яте (20 тыс.) и усуруфа (600 человек). И характерно, что почти всеусуруфа двуязычны или даже трехъязычны, в то время как камано и яте, как правило,не владеют языком усуруфа [Schlesier - 1961, 554].
Происходящий на востоке Новой Гвинеи процесс частичной этнической, а в большеймере политической и культурной консолидации (достаточно указать на существованиеактивного национально-освободительного движения, не ограничивающегося рамкамиопределенных этнических групп) ставит вопрос об общем языке для всей "австралийской"части острова. Парадоксально, что тот же вопрос стоит перед австралийской администрацией;недаром при описании языковой ситуации в отдельных округах и районах обязательноподчеркивается, какой или какие из языков могут служить инструментом для "эффективнойкоммуникации", проще говоря - языком управления. Ни один из существующих нынемежплеменных языков не может пока стать таким языком. Видимо, больше всего шансовв этом смысле у неомеланезийокого, и уже поэтому он нуждается в серьезном иделовом лингвистическом исследовании [17].
Несколько иначе обстоит дело с общим языком в Западном Ириане. Здесь, каки на востоке, имеются два типа общих языков: зональные (примером может служитьиндонезийский язык нумфор на островах залива Гелвинк) и общий язык всей страны(им служит bahasa Indonesia, собственно индонезийский). Но уровень знания индонезийскогогораздо выше, чем у любого из lingue franche восточной части острова. Этомуспособствует сравнительно высокая грамотность, особенно в районах распространенияиндонезийских языков. По некоторым данным, еще до воссоединения Западного Ирианас Индонезией 25% говорящих на языке вондана были грамотны, а половина этогочисла была грамотна и на индонезийском [Бутинов - 1957, 141]. Что касается внутреннихрайонов, то в них знание индонезийского языка (bahasa Indonesia) распространенозначительно меньше: во всяком случае, голландским исследователям, работавшимв этих районах, приходилось пользоваться услугами переводчиков.
Так или иначе, но индонезийский превратился если не в общий язык населенияЗападного ириана, то в реально функционирующий язык межплеменного общения [18].Этому немало способствовал тот факт, что еще до воссоединения с Индонезией индонезийский(малайский) язык широко использовался голландцами как язык управления, школьногообучения и церковной службы. В прибрежных районах он выступал и как традиционныйязык торговых связей.
Есть непроверенные данные, что на территории Западного Ириана функционирует(в округе Факфак) и креолизированный индонезийско-папуасский язык (Иванченко- 1966).

ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ ПРЕДЫСТОРИЯИ ВНЕШНИЕ ГЕНЕТИЧЕСКИЕ СВЯЗИ ПАПУАССКИХ ЯЗЫКОВ

Попытки установить подобные связи начались еще в первой четверти XX в. Онивполне оправданы невероятной лингвистической пестротой острова, сразу наводящейна мысль о многочисленных миграциях.
По данным Вурма [Wurm - 1972], наиболее древними мигрантами были предки носителейязыков филы вапеи-палеи и некоторых языков Сепика: эта первая волна относитсяпримерно к 60-му тысячелетию до н.э. Вторая волна - предки носителей языковтрансновогвинейской филы - пришли на остров около 10 тысяч лет назад и распространилисьпреимущественно вдоль берегов в направлении с запада на восток; в центр островаони проникли через долину Маркхэм и далее распространились на горные областик северу, северо-западу и западу от этой долины. Дальнейшая миграция этой группышла к северу от горных областей острова и одновременно на юго-запад и юго-восток.Что касается австронезийских языков острова, то здесь существует три теории.Согласно одной из них (Грэйс), австронезийцы, в том числе полинезийцы и микронезийцы,прошли с запада на восток Новой Гвинеи, оставив следы своего пребывания в видеотдельных языков. Согласно другой (Кэпелл), основное население Океании быломеланоидным и говорило на папуасских языках, а затем испытало воздействие отдельныхгрупп австронезийских племен, в результате чего возникли смешанные языки типамеланезийских. Согласно третьей (Фокс и Дайен), Меланезия есть исконная родинаавстронезийцев. Вурм занимает позицию, близкую к Кэпеллу: в частности, он предполагает,что жители Новой Гвинеи, говорящие на австронезийских языках, - более поздниемигранты с какой-то протоокеанийской территории.
По мнению советских этнографов и антропологов, можно считать доказанными покрайней мере три миграции. Первая - 20-30 тыс. лет назад - была миграцией протоавстралоидов,вторая - 5-6 тыс. лет назад - протомеланезийцев, третья - 2 тыс. лет назад -протополинезийцев [Бутинов - 1962а; Бутинов - 1956; Бунак и Токарев - 1961].Поэтому прежде всего следует, по-видимому, искать генетические связи с языкамималайско-полинезийской семьи и с языками Австралии.
Однако подобные связи пока не обнаружены. Существующие попытки их установлениясводятся к ограниченным типологическим сопоставлениям. Так, Т. Милевский считаетвозможным сближать с папуасскими языками австралийские языки так называемойцентральной группы, например аранда, но не подтверждает это никаким конкретнымматериалом [Milewski - 1948]. В последней своей книге Т. Милевский излагаетследующую концепцию[Milewski - 1965, 169]. До прихода протомеланезийцев существовалаобширная семья языков, включавшая наряду с папуасскими языками также андаманские,севернохальмахерские, некоторые языки Тимора, Суматры, Сумбава, Энганно и другихязыков Индонезии, а также о-вов Лоялти, Новой Каледонии и др. К ним же принадлежалинынешние "северноавстралийские" языки, включая аранда, носители которых в количестве30 племен переселились на материк с Новой Гвинеи.
В своей замечательной монографии об австралийских языках [Capell - 1962a,3] А. Кэпелл тоже касается этого вопроса, но он считает возможным отметить лишь"неавстралийское влияние" в языках крайнего севера Австралии. Многие особенностифонетики и синтаксиса папуасских языков, по нашему мнению, находят параллельв австралийских языках; но пока совершенно не ясно, насколько эти особенностиобщи для самих папуасских языков. Что касается прямых словарных эквивалентов,то они, правда, обнаружены [Shafer - 1965], но носят единичный характер и поэтомуничего не доказывают.
Н. А. Бутинов [Бутинов - 1962а] пытался установить типологическое сходствопапуасских языков с другими языками того же ареала на основе одного-единственногопризнака - наличия или отсутствия гласных в исходе слова, что лингвистическинекорректно и потому также недоказательно.
Папуасско-меланезийские связи крайне трудно исследовать хотя бы потому, чтои те и другие языки переплетены и, кроме того, имеется много явных и недоказанных,но возможных заимствований. В типологии есть много параллелей, на которых здесьнет смысла останавливаться. Однако основное внимание уделялось не таким параллелям,а, напротив, тем типологическим особенностям, которые отделяют папуасские языкиот меланезийских и позволяют с известной точностью отождествить данный языккак папуасский (а не меланезийский). Изложим здесь основные типологические особенностипапуасских языков по данным Шмидта, Рэя и Кэпелла [Schmidt - 1920; Ray - 1927;Capell - 1940].
1. Отсутствие артиклей (Кэпелл).
2. Выражение числа имен либо прибавлением специального суффикса, либо - местоимения3-го лица множественного числа. Редко - редупликация. Если в имени число необозначено, оно обязательно выражено в глаголе (Кэпелл).
3. Род, а иногда класс морфологически выражены (Рэй, Кэпелл).
4. Притяжательность выражается по типу "человек + показатель притяжательности+ сын" = "сын человека" (Шмидт, Кэпелл).
5. Местоимения обычно имеют три числа - единственное, двойственное и множественное,иногда также тройственное. Двойственные формы образованы от форм единственногочисла (Шмидт, Кэпелл).
6. В личных местоимениях 3-го лица единственного числа часто различие породу (Шмидт, Кэпелл).
7. Посессивная форма местоимения обычно образуется от личных местоимений припомощи специального суффикса "я + показатель притяжательности". Возможна посессивнаяконструкция с простой препозицией личного местоимения: "я + одежда".
8. Самостоятельные числительные имеются большей частью лишь для обозначенияединицы, двух, редко трех. Большие числа обозначаются наименованием частей тела(десять - две руки и т. д.).
9. Порядок слов: субъект - объект - предикат (Рэй).
10. Крайняя сложность глагольного словоизменения, большое количество времени других категорий.
11. Лицо, как правило, маркировано (выражено префиксом или суффиксом) (Кэпелл,Рэй).
12. Объект переходного глагола обычно инкорпорирован внутрь формы глагола.Встречаются формы, инкорпорирующие и субъект и объект (Кэпелл, Рэй).
13. Ни один из папуасских языков не имеет пассивного залога.
14. Преобладают не предлоги, а послелоги (Кэпелл).
15. Нередко имеется специальный суффикс, отличающий субъект переходного отсубъекта непереходного глагола.
Легко, однако, видеть, что эти характеристики отнюдь не отличаются строгостью.Скорее напротив. Тем не менее на основании этих типологических характеристикнередко пытаются определить как папуасские и некоторые другие заведомо не австронезийскиеязыки индо-тихоокеанского ареала. Сюда относят прежде всего севернохальмахерскиеязыки и некоторые языки о-ва Тимор [19]. Подобныепопытки пока весьма мало обоснованы. Тем не менее при отсутствии более точныхметодов приходится мириться и с такими неопределенными утверждениями.
Р. Шэферу удалось обнаружить ряд словарных параллелей между папуасскими исино-тибетскими языками [Shafer - 1965, 380-383]. Среди них есть любопытные(например, сопоставление числительных в эпа и тибетском: два - nis/gnyis, три- sum/gsum, четыре - ssi/bzi, пять - na/lna), но в целом они совершенно не убедительны,как и попытки того же автора установить параллели папуасских языков с языкамимунда или попытки А. Тромбетти связать их с языками Черной Африки [Trombetti- 1927].
Пожалуй, наиболее интересная попытка "вывести" папуасскую лингвистику за пределыНовой Гвинеи принадлежит Дж. Гринбергу, обосновавшему "индо-тихоокеанскую" гипотезу.По его мнению, можно говорить о родстве андаманских языков, языков о-вов Тимори Алор, севернохальмахерских и папуасских, хотя он и опирается на не слишкомявные типологические параллели и на изолированные этимологии, не подкрепленныесравнительно-историческим анализом. Но, во всяком случае, эта попытка большеобоснована конкретным языковым материалом, чем все предшествующие [Greenberg- 1970]. Таким образом, никаких достоверных данных о внешних генетических связяхпапуасских языков в настоящий момент не имеется.

ФОНЕТИКА И ФОНОЛОГИЯ

Общая характеристика звукового строя папуасских языков

Генетическое различие языков и языковых групп Новой Гвинеи и их сравнительнослабая изученность делают невозможным указать особенности фонетики, действительнообщие всем папуасским языкам. Однако есть некоторые особенности, которые встречаютсяв этих языках достаточно часто и независимо от их генетического родства:
1) для папуасских языков характерны звуки со сложной артикуляцией, редко встречающиеся,например, в индоевропейских или алтайских языках. Так, нередки преглоттализованныезвуки (гортанный взрыв + сонант): например, усуруфа 'm, 'w, преназализованныезвуки типа nd, mb, палатализованные илилабиализованные согласные с преназализацией вроде энга ndy,ngw. Встречаются и "латеральные взрывные" gl(каните, йагариа) и др. Особенно существенно, что все эти сложные звуки соответствуютв папуасских языках, как правило, одной фонеме, противопоставленной другимфонемам, в частности, по отсутствию-наличию глоттализации, назализации, палатализациии т. п. (см. этом ниже);
2) в связи с предыдущей особенностью находится общая распространенность носовыхзвуков как в форме самостоятельных носовых сонантов (например, в усуруфа, по-видимому,налицо шесть носовых согласных фонем; .ср. также языки Санта-Kpyc, семьи бинандереи др.), так и в форме преназализации взрывных согласных или назализации гласных(так, в языках поле и сау имеется полный комплект носовых гласных, противопоставленныхненосовым именно по этому признаку);
3) консонантные системы в общем достаточно богаты, что очень четко противопоставляетпапуасские языки Новой Гвинеи, например, полинезийским (но не меланезийским).По Кэпеллу, все папуасские языки можно разделить в этом отношении на две группы,каждая из которых характеризуется обилием или консонантных, или вокальных фонем.Но обилие согласных более типично, чем обилие гласных. За редким исключением(например, монумбо с его восемью гласными), гласных мало, относительно малотакже дифтонгов (хотя сочетания звуков, фонетически реализуемые как дифтонгические,нередки);
4) сочетания согласных внутри слога редки, хотя и более обычны, чем в австронезийскихязыках. Обычно это сочетания гоморганных звуков типа mb, nd и т. п. Нов языках кукукуку возможны и слова типа kngo 'таро', mda 'волос',mgwe 'сахарный тростник';
5) интересные особенности имеют место в плане аллофонических чередований.Так, для папуасских языков характерно объединение в одной фонеме l иn (языки вапеи-палеи), t-образных и r-образных звуков (хули,энга и многие др.); вообще с нашей, "европейской", точки зрения фонетическоеварьирование аллофонов нередко необычно велико, что порождает закономерные сомненияпри фонологическом описании и дает довольно серьезные расхождения в фонологическихсистемах при описании даже одного и того же языка (кстати, отсюда же разницав транскрипции названий некоторых языков: экаги и экари, дани и ндани);
6) латеральные сонанты не играют большой роли (кое-где, например в кате, ихнет вообще, в других случаях они редко представлены);
7) удлинение гласных довольно обычно и имеет фонологическую значимость;
8) во многих языках налицо тональные различия в форме музыкального слогоударения.
Более подробную характеристику звукового строя папуасских языков (на уровнесегментной фонетики и фонологии) мы дадим на примере ряда языков, лучше всегоописанных в этом отношении. Это вахги и форе (оба принадлежат к языкам ЦентральногоНагорья), асмат (Зап. Ириан) и абелам (группа нду) [20].Основное внимание будет уделено звуковой системе вахги.

Звуковая система языка вахги

Начнем с консонантной фонологической подсистемы:
p t k sh
b d g j
m n ng n'
w y
l ll
/p/-ряд. В начальной и абсолютной конечной позиции /р/ реализуется как глухой,сильный (fortis), неаспирированный согласный: pam глагол-связка 'есть',ар 'соль'. В интервокальной позиции происходит чередование его с соответствующимзвонким слабым (lenis): tapi 'вид дерева'. Однако в позиции между двумяпередними гласными /р/ обычно реализуется в виде билабиального глухого или звонкогоспиранта: ipe 'теперь', ср. gupo 'рот', где мы имеем дело со слабымзвонким взрывным.
[t] в языке вахги фонологически тождественно [r]. Это настолько удивило авторакниги о вахги Луи Лузбетака, что он посвятил обоснованию такого тождества почтидве страницы. Распределение t-аллофонов и r-аллофонов следующее. В начальнойпозиции только [t]: tonall 'буду связывать'. В интервокальной только[r]: keru 'белый'. В конечной зиции [r]: kor 'досуг'. В сочетаниях- после сонанта [t]: alto 'на восток', kong tuo 'принеси свинью';но после взрывного или фрикативного звука - только [r]: epro 'наверх',ak ro 'обернись' и т. д. Согласный [r] никогда не может стоять в началеслова, a [t] - в конце изолированного слова. Важно отметить, что [t] - не дентальный,а альвеолярный звук.
Еще сложнее обстоит дело с аллофонами фонемы /k/. Она имеет следующие аллофоны:[с] - глухой сильный неаспирированный взрывной, артикулируемый на стыке мягкогои твердого нёба - перед передним гласным типа i, e и в конечной позициипосле этих гласных: ki 'ключ', mek 'вид птицы', В аналогичныхпозициях в сочетаниях с а, о, u /k/ выступает как велярный глухой [k]:ku 'камень'. B интервокальной позиции реализация этой фонемы зависитот соседства передних или центральнозадних гласных: в первом случае мы имеемпалатальный спирант, например, akim 'он рос', во втором - заднеязычный:aka 'батат'.
Необычны для европейца и аллофонические чередования фонемы /sh/. Строго говоря,вообще любой взрывной или фрикативный с дентальной артикуляцией, включая аффрикаты(но исключая s), может быть аллофоном этой фонемы; наиболее типичны следующиеее аллофоны: [ts] перед передним гласным или в конечной позиции после него:sib 'лапа', kes 'плохой'; глухой дентальный взрывной заменяетпредыдущий вариант в некоторых словах; в интервокальной позиции возможен рядвариантов, которые мы здесь не приводим, - наиболее обычные из них [z] и [dz].
/b/-ряд. Этот ряд - не звонкие согласные, как можно было бы подумать по обозначению,а согласные с преназализацией; они противопоставлены /р/-ряду только по наличию-отсутствиюэтой преназализации. Фонема /b/ имеет во всех позициях, кроме конечной, аллофон[mb], а в конечной позиции [mp]: ab 'женщина',abel 'девушка', bulto 'назад'. Точно так же /d/ имеет варианты[nd] и [nt]: dap 'отец', od 'дерево'; /g/- вариант [ng]: gar 'дом' (в финальной позиции эта фонемапочти не встречается), /j/ - варианты [ndy], [nty]и некоторые другие: je 'нож', kaj 'я знаю'.
/m/-ряд. Он включает фонему /m/, реализуемую всюду как [m]: ma 'нет',mam 'его мать', /n'/ - дентальный носовой, обычно палатализованный: nim'ты'; /n/ - альвеолярный носовой: kun 'время'; /ng/ - аналог /k/ и /g/:nang 'сын'.
Прочие звуки. Здесь следует отметить, во-первых, противопоставленность /w/в некоторых позициях другим билабиальным звукам - аллофонам фонемы /р/. По-видимому,это различие полостной [w] и щелевой [р] артикуляции. Во-вторых, тот факт, что/y/ никогда не встречается в финальной позиции. В-третьих, что особенно существенно,- наличие двух латеральных: /ll/ - дентальный, /l/ - альвеолярный.
Таким образом, мы имеем в вахги следующие характерные фонологические противопоставления:а) по месту артикуляции - губной - дентальный - альвеолярный - велярно-палатальныйнёбный; б) по назальности - неназальности; в) по отсутствию - наличию препалатализации.Для аллофонической реализации существенны: а) начальная - конечная - интервокальнаяпозиции (в некоторых случаях их различие нейтрализовано); б) соседство с гласнымипереднего - центральнозаднего ряда. Следует подчеркнуть; а) нефонологичностьзвонкости - глухости; б) нефонологичность силы - слабости; в) нефонологичностьпридыхательности - непридыхательности; г) нефонологичность палатализации.
Система гласных. Их пять: /i/, /e/, /а/, /о/, /u/. Долгота гласных незначима.Есть еще неопределенный гласный типа "шва", обозначаемый как (') и не встречающийсяв ударных слогах.

Звуковая система языка форе

p t k q
p: t: k:
mp nt ngk ngkw
s
m n
qm qn
w y
qw qy
Фонема /р/ выступает в начальной позиции как глухой аспирированный билабиальныйвзрывной [ph]; в интервокальной позиции мы имеем звонкий слабый взрывной илиспирант: apeti 'внизу', pAni 'сын'. Фонема /t/, альвеолярная,в начальной позиции реализуется как [t], а в интервокальной как [r] (типа польского"рж") или [l]; фонема [k], велярная, соответственно выступает как [kh] и [g]или соответствующий спирант, за исключением позиции после u и близкихему по артикуляции звуков, где эти в рианты лабиализуются. Наконец, /q/ - этогортанный взрывной, встречающийся только в интервокальной позиции.
Фонема /р:/ и аналогичные ей - это глухие, долгие звуки. Они находятся в отношениидополнительной дистрибуции с рядом придыхательных и потому допускают различнуюфонологическую интерпретацию; встречаются они только в интервокальной позиции.
Фонема /mp/ и аналогичные - это глухие взрывные с преназализацией,противопоставленные согласным первош ряда по наличию этой преназализации. Онивстречаются только в интервокальной позиции.
Ряд /qm/, /qn/, /qw/, /qy/ - это сонанты с преглоттализацией, противопоставленныепо этому признаку сонантам без преглоттализации.
Таким образом, для консонантной подсистемы языка форе характерны следующиепротивопоставления: а) по месту артикуляции: билабиальные - альвеолярные - велярные- гортанные; б) по наличию - отсутствию преназализации; в) по наличию - отсутствиюпреглоттализации сонантов; г) по краткости - долготе звуков.
Что касается аллофонического чередования, то следует обратить внимание нато, что в языке форе имеет место позиционная аспирация.
Гласных фонем в языке форе шесть: /i/, /е/, /а/, /А/, /о/, /u/. Остановимсяна них несколько подробнее.
/i/ - краткий гласный высокого подъема переднего ряда с двумя аллофонами:открытым [I] перед n (за исключением некоторых позиций), в некоторыхслучаях перед s и в конце слова после у, и закрытым [i] во всехостальных случаях;
/е/ - передний звук среднего подъема с аллофонами: коротким открытым [E] передna и nt, долгим закрытым [е:], встречающимся во всех остальныхпозициях, кроме конечного слога, и кратким закрытым [е], встречающимся тольков конечном слоге;
/а/ - гласный низкого подъема, открытый, с долгим и кратким аллофонами в зависимостиот позиции в конечном и неконечном слоге;
/А/ - открытый гласный среднего подъема;
/о/ - закрытый гласный среднего подъема, заднего ряда с долгим и кратким аллофонами,как в /а/;
/u/ - краткий закрытый задний гласный высокого подъема.
Однако в языке форе можно усмотреть также четыре дифтонга (при другой интерпретацииони выступают как сочетания гласных; но, по нашему мнению, правильнее трактоватьих именно как дифтонги). Есть минимальные пары, позволяющие противопоставитьих простым гласным; в то же время они соответствуют лишь одной тональной единице(язык форе - тональный). Это /Ai/, /Аu/, /ае/, /аo/. Два последних имеют долгийи краткий аллофоны.
Важно обратить внимание на значимость для аллофонического чередования гласныхих позиции в конечном или неконечном слоге изолированного слова или синтагмы.

Звуковая система языка асмат (диалект залива Фламинго)

p t c k
f s
m n
w r j
В отличие от языков, описанных выше, язык асмат имеет гораздо менее развитуюсистему аллофонических чередований, но также чреват для исследователя некоторыминеожиданностями.
Начнем с того, что ни одна из фонем /р/-ряда, равно как /f/ и /s/, практическине имеет аллофонических вариантов. /р/ - билабиальный глухой взрывной, /t/ -альвеолярный глухой взрывной, /с/ - альвеопалатальный глухой взрывной и /k/- велярный глухой взрывной; /f/ - лабиодентальный спирант, /s/ - альвеолярныйспирант. Не имеют аллофонов также /r/, /w/ и /у/.
Это с лихвой компенсируется, однако, положением с носовыми. Дело в том, чтов языке асмат зафиксированы две фонемы, обозначенные в таблице как /m/ и /n/,имеющие соответственно по три аллофона: взрывной звонкий согласный, т. е. [b]и [d], в инициальной позиции, носовой во всех остальных позициях и факультативно- в инициальной перед носовым, и [mb] и [nd], которые находятся в свободномраспределении с [m] и [n] в интервокальной позиции и некоторых других случаях.
Система гласных состоит из шести фонем: /а/ имеет аллофоны: открытый переднийнижнего подъема [а] в конечной позиции: fa 'дно', [А] - то же, но центральногоряда во всех остальных позициях: bAi 'нога';
/Е/ имеет аллофоны: передний закрытый среднего подъема в конечной позиции;открытый в большинстве прочих позиций; соответствующий первому аллофону, нолабиализованный [o] - перед w;
/i/ практически не имеет аллофонов, кроме закрытого верхнего переднего [i]и его лабиализованного эквивалента [ü] перед w;
/о/ - средний заднего ряда в конечной позиции и перед w, нижний заднегоряда в других случаях;
/u/ - аллофонического чередования не имеет;
/е/ - этот неопределенный гласный (центральный, среднего подъема) выступаетв изолированном слове только в безударной позиции.
В заключение необходимо указать на своеобразное явление гармонии гласных (точнее- гармонии слова) в асмат. Так, имеется тенденция при выборе аллофонов руководствоватьсясоображением гармонии: ese 'сумка', но bEtEn 'браслет'. Далее,[о] может заменяться нелабиализованным [e], если выступает между согласнымиальвеолярными, альвеопалатальными или палатальными, а именно в комбинациях s-s,s-t, t-s, t-t, j-r, j-c.
Еще одна интересная деталь, отмеченная в описании фонологии языка асмат, сделанномК. Форхуве, - это наличие звуковых реализаций, характерных для определенныхвозрастных групп. Например, в позиции перед Е [р] заменяется в речи стариковлабиализованным [pw].

Звуковая система языка абелам (диалект восера)

p t c k
nb nd nj nq
m n n' ng
v r l
w y
Фонемы /р/-ряда (соответственно: билабиальной, альвеолярной, препалатальнойи велярной артикуляции) выступают во всех позициях как глухие неаспирированныесильные взрывные. Исключением является /с/. В начальной позиции эта фонема реализуетсякак глухая препалатальная аффриката типа русского ч, в других позициях- как спирант типа мягкого ш или как глухой сильный взрывной типа оченьмягкого ть. Не имеют аллофонических чередований и другие согласные, приведенныев таблице, кроме положения перед (реже после) гоморганным сонантом. (Заметим,что в приведенных далее примерах и текстах согласные второго ряда обозначаютсясоответственно как b, d, j, q).
Гласных фонем в абелам всего пять: /е/ имеет два аллофона: после непалатальныхсогласных - центральный [e], после палатальных - передний [I]; /А/ соответственноимеет два аллофона, различающихся по подъему, а также - после w - неопределенныйгласный типа французского е в le. /а/ реализуется всюду одинаково;/w/ и /у/ - полугласные, которые могут выступать в слогообразующей функции.Кроме того, налицо дифтонгические сочетания, номенклатура которых не вполнеясна.

ФОНЕМЫ В ЗАИМСТВОВАННЫХ СЛОВАХ

В ряде языков существуют фонемы, встречающиеся исключительно в заимствованныхсловах. Так, в абелам такими фонемами являются /f/, /h/, /s/, /i/, /o/, /u/.Соответствующие слова имеют два произносительных варианта, например poto 'фотография',заимствованное из пиджин-инглиш, и ассимилированный вариант bwAtAw. Как отмечаетД. Лэйкок, здесь налицо интереснейшая ситуация, когда эти варианты сильно различаютсяфонологически, будучи почти тождественными фонетически [Laycock - 1966, 46].

СТРУКТУРА СЛОГА. СУПЕРСЕГМЕНТНАЯ ФОНОЛОГИЯ

В большинстве папуасских языков, как .правильно отметил В. В. Шеворошкин [Шеворошкин- 1969, 96-97], имеется четко выраженная тенденция к закономерному чередованиюС и V. Так, в языке абелам возможны типы слога CV, CVC, VC, V. То же в языкевахги. В усуруфа вообще налицо лишь V и CV. То же в языках форе, гахуку, койари,ману-бара и др. В языке вери и др., правда, бывают сочетания VCC, CVCC, но это,.по-видимому, всегда сочетания гоморганных носового и неносового типа nt, mp.Более сложна структура слога в языке ятмул. Но в целом консонантные сочетанияв большинстве папуасских языков редки [21].
Пожалуй, наиболее типичным для папуасских языков является случай, когда вязыке имеется музыкальное слогоударение (т. е. каждому слогу приписана определеннаязвуковысотная характеристика), соединенное с динамическим словоударением.
В большинстве тональных языков мы имеем или систему четырех регистрово-контурныхслоговых тонов - высокий, низкий, восходящий и нисходящий (гадсуп, ава), илидвух регистровых слоговых тонов - высокого и низкого (бинумариэн, вери, форе,асмат). В языке усуруфа налицо высокий, низкий и нисходящий тоны. В кунимаипаесть три регистровых тона (включая средний), то же в ягариа и чимбу.
Тем не менее среди папуасских языков можно найти и другие акцентуационныетипы. Так, в языках каните и гахуку (близкородственных) есть два тона: высокийи низкий (или нулевой), используемых как средство словоударения, т. е. в любомслове есть слог, на который падает высокий тон, все же остальные слоги произносятсяс низким тоном По-видимому, то же в вахги и некоторых других языках [22].Есть на Новой Гвинее и языки совсем без значимых тоновых различий, т. е. с "чистым"силовым ударением, обычно свободным или падающим на предпоследний слог. Это,например, языки камано, бенабена, насиои, языки семьи нду и др.
Взаимоотношения музыкального и силового ударений, а равным образом - слогоударенияи интонации исследованы слабо. Работы этого рода существуют только по отдельнымслучайно выбранным языкам. Так же плохо изучены основые суперсегментные единицытипа синтагмы.
В ряде языков Новой Гвинеи отмечена значимость речевого ритма. Так, в сиане,чуаве, кунимаипа и других языках имеется тенденция к временной уравненностислов: чем больше в слове слогов, тем в большем темпе они произносятся; гласныйв односложном слове - долгий, тот же корень в многосложном слове имеет краткийгласный и т. п. В языке фасу такой единицей является синтагма (как в английском).Очень своеобразные суперсегментные особенности, на которых мы не имеем возможностиздесь останавливаться, вскрыл K. Л. Пайк в языке форе [Pike - 1963]. B языкахп-ова Юон имеется сложная система внешних сандхи.

ПРОБЛЕМА ПИСЬМЕННОСТИ В ЯЗЫКАХ НОВОЙ ГВИНЕИ

Обучение грамоте на родном языке имеет место далеко не всюду. Правда, ещес конца XIX в. христианские миссии пытались организовать начальное обучение,предполагавшее умение читать тексты на родном языке. Но, во-первых, такого родаобучение производилось лишь в отдельных точках oострова. Во-вторых, "пасторскиешколы", где это обучение осуществлялось, стояли и стоят на весьма низком уровне.Как констатирует Д. Д. Тумаркин, "письменные принадлежности, как правило, отсутствовали,а буквари и другие учебные пособия являлись большой редкостью... Методы обучениябыли самые примитивные: ученики хором повторяли за наставником произносимыеим буквы и слова. Обучение нередко сводилось к заучиванию на память алфавита,некоторых библейских имен и отрывков из священного писания. Лишь отдельным ученикамудавалось научиться по складам читать библейские тексты, переведенные на местныйязык, но и эти навыки обычно утрачивались, когда ученик переставал посещать"школу"... Учителей-профессионалов в миссионерских "школах" не было вовсе" [Тумаркин- 1969, 68]. В-третьих, вплоть до начала 60-х годов отсутствовали сколько-нибудьадекватные описания звукового строя большинства папуасских языков, что весьмазатрудняло, естественно, создание приемлемых систем письма. Государственныхшкол на востоке Новой Гвинеи к началу второй мировой, войны вообще не было.
Правда, после войны положение несколько изменилось. Появились государственныеначальные школы, но австралийская администрация требует, чтобы обучение в нихвелось исключительно на английском языке. "Родной язык, по крайней мере официально,употребляется в первых двух классах лишь для объяснения английских слов" [23].Против этой установки выступают некоторые крупные лингвисты и этнографы-папуасоведыво главе с С. Вурмом [24], предлагающим начинатьобучение с обучения чтению и письму на родном языке или на одном из языков межкультурногообщения. Это предложение было поддержано также австралийскими коммунистами.Но и это - самое первоначальное обучение, среднее образование папуасам в массемалодоступно. В 1963 г. на всем востоке острова насчитывалось менее 100 аборигеновс законченным средним образованием, да и оно было получено по большей частив Австралии; к 1967 г. количество учащихся средних школ достигло 12 тыс., поиз них лишь 7% составляли учащиеся последнего (4-го) класса. Сейчас на НовойГвинее появились первые аборигены с высшим образованием; в 1967 г. их было четверо,а в последнее время группа аборигенов принята в высшие учебные заведения острова,и в 1971 г. состоялся первый выпуск. Надо сказать, что пока установку на обучениеграмоте на родном языке энергично поддерживают христианские миссии, проделавшиев этом отношении сравнительно большую работу.
Интересно, однако, посмотреть, какие издания существуют на языках Новой Гвинеи.Подобные данные имеются для целого ряда языков. Приведем некоторые из них. (Мыне делаем различия между "большой" и "малой" печатью.) Язык наканаи в НовойБритании (меланезийский): а) сборник коротких рассказов; б) 17 историй из ВетхогоЗавета; в) молитвенник; г) 78 историй из Ветхого Завета; д) воскресная служба;е) 96 историй из Нового Завета; ж) катехизис. Прочие языки Новой Британии неимеют и того. Например, на языке кол есть только катехизис в объеме 30 мимеографированныхстраниц. Язык добу на о-вах д'Антркасто, Папуа (меланезийский): а) школьныйсловарь; б) книга для чтения; в) история и география Папуа; г) "Наши друзьяв Австралии"; д) Священное писание; е) два сборника гимнов; ж) три версии катехизиса;з) молитвенник. Методистская миссия выпускает на этом языке ежемесячную церковнуюгазету "Tapwaroro Teterina". Кроме того, выпущено одно официальное издание.Это - самый богатый литературой язык Новой Гвинеи (!). Язык энга ЦентральногоНагорья (папуасский): а) семь выпусков букваря; б) шесть выпусков книги длячтения, "содержащей сказки и истории из библии", как сообщает источник; в) сборникстатей по гигиене; г) пять книг с текстами из Ветхого и Нового Завета.
Немногим лучше обстоит дело в тех местах, где работают ученые Летнего лингвистическогоинститута. Вот некоторые из изданий этого института на папуасских языках: языкагараби - пять изданий учебного характера (букварь и т. д.); язык асаро - трииздания учебного характера, книжка '"Доллары и центы"; язык ава - три учебяыхпособия, .книжка "Мухи - наши враги" и т. д.
Уже из этих, наугад выбранных сведений очевидно, что литература на папуасскихязыках и вообще языках Новой Гвинеи крайне незначительна и ограничивается первоначальнымиучебниками и книгами для чтения, религиозной литературой и популярными брошюрамипознавательного характера, быть может, и приносящими пользу, но весьма далекимиот потребностей национальной культуры. Кстати, характерны названия книг длячтения: "Дела божьи", "История сиамских близнецов". А среди познавательной литературывстречаются такие названия, как "Животные в библии". Мы не хотим принизитьогромную работу миссионеров и лингвистов из Летнего института, но нельзя несогласиться с тем, что бессмысленно учиться грамоте на родном языке, чтобы иметьвозможность прочитать лишь двадцативосьмистраничное сочинение Камиллы Уэджвуд"Мухи - наши враги" или даже (максимум!) инструкцию на одиннадцати страницах"Как вырастить хороший кофе". Никакой же оригинальной литературы, если не считатьдвух-трех фольклорных сборников, на папуасских языках не существует. Поэтому,быть может, в настоящее время установка на обучение на английском языке не такуже вредна и объективно служит независимо от намерений колонизаторов росту национальногосамосознания папуасов и их объединению вне языковых различий [25].
Само собою разумеется, что в качестве основы для письменностей всех языковвостока Новой Гвинеи принят английский алфавит. Департамент образования в Порт-Морсбипытался (1953) унифицировать графические и орфографические системы разных, хотябы родственных, языков. Но эта попытка не имела большого успеха. На практикеона свелась к применению двух принципов: а) графика и орфография должны бытькак можно ближе к фонологической структуре языка; б) использоваться должны повозможности те буквы, которыми обозначаются сходные звуки в ближайшем linguafranca (или в неомеланезийском, или в моту, или в английском).
В Западном Ириане основное обучение велось до последнего времени на малайском(индонезийском) языке, и процент учащихся достигал - еще до воссоединения сИндонезией - 10 (в прибрежных районах). Общее число учащихся начальных школна 1961 г. составляло, однако, всего 64 тыс., а к 1966 г. повысилось до 110тыс. (примерно 13,5%). В начальном образовании значительную роль продолжаютиграть христианские миссии, однако индонезийское правительство приложило усилияи со своей стороны; все это дало повышение процента грамотных (в прибрежныхрайонах) до 55%. .0 существовании и характере литературы на местных, папуасскихязыках мы не имеем каких-либо точных данных. А. Кэпелл указывает, что к 1962г. такой литературы на языках западной половины Западного Ириана не было; надругих (например, мани) существует только скудная религиозная литература. Известно,впрочем, что на индонезийских языках нумфор и вондама ведется школьное обучениеи имеется некоторая литература (религиозная, школьные учебники и т. п.). Изпапуасских языков языком школьного обучения является, в частности, дани, накотором грамотны около 10 тыс. человек. Есть университет, в котором обучаетсяоколо 500 студентов-папуасов.

ЛЕКСИКА И СЕМАНТИКА

О "ПЕРВОБЫТНОСТИ" ПАПУАССКИХ ЯЗЫКОВ В СЕМАНТИЧЕСКОМ ОТНОШЕНИИ

Папуасские языки наряду с языками Меланезии являются излюбленным предметомдля доказательства относительной "первобытности" мышления "дикарей". В частности,их материал широко использовал Л. Леви-Брюль. Многие предъявляемые папуасскимязыкам "обвинения", например в конкретности отраженных в языке признаков действительности,в отсутствии общих понятий и т. д., неверны в приципе, см. об этом [Леонтьев- 1963]. Материал папуасских языков с легкостью опровергает их. Например, вязыке асмат есть обобщающие слова для "дерева", для "ребенка", для "птицы".В насиои тоже есть слова для общих понятий "птица", "цветок", "еда" (вообще),"дерево".
Происхождение легенд о якобы "конкретности" слов у понятий в "первобытных"языках хорошо показал как раз на материале папуасских языков Н. Н. Миклухо-Маклай.Приведем его высказывание по этому поводу: "Названия, которые я желал знать,я мог получить только или указывая на предмет, или с помощью жестов, которымия подражал какому-нибудь действию. Но эти два метода были часто источникамимногих недоразумений и ошибок. Один и тот же предмет назывался различными лицамиразлично, и я часто по неделям не знал, какое выражение правильно. Сообщу здесьпример того, что со мною частенько случалось. Я взял однажды лист в надеждеузнать название листа вообще. Туземец сказал мне слово, которое я записал; другойпапуас, которому я предложил тот же вопрос и показал тот же лист, оказал другоеназвание; третий в свою очередь - третье, четвертый и пятый называли предметопять другими и различными словами. Все названия записывались, но какое былонастоящее название листа? Постепенно я узнал, что сказанное сперва слово былоназванием растения, которому принадлежал лист; второе название означало "зеленый",третье - "грязь", "негодное", потому ли, что я, быть может, поднял листс земли, или потому, чго лист был взят с растения, которое папуасы ни на чтоне употребляют. Так случалось со многими, очень многими словами.
Для ряда понятий и действий я никаким способом не мог получить соответствующихобозначений, для этого оказались недостаточными как моя сила воображения, таки моя мимика. Как я мог, например, представить понятие "сны" или "сон",как мог найти название для понятия "друг", "дружба"? Даже для глагола "видеть"я узнал точное слово лишь по прошествии четырех месяцев, а для глагола "слышать"так и не мог узнать" [26].
Естественно, что, как любой язык мира, каждый папуасский язык имеет расчлененнуюсистему обозначений для разных разновидностей одного и того же предмета илиявления, если различие этих разновидностей существенно для общественной практикиязыкового коллектива. Это и создает видимость чрезмерной конкретности. Вероятно,для папуаса насиои столь же избыточно конкретными были бы европейские обозначенияразных пород собак - он вполне обходится одним словом motik 'собака'.С другой стороны, совершенно понятно, что он употребляет два различных словадля двух видов бамбука, используемых для разных целей, что джунгли обозначаютсяразными словами - в зависимости от их проходимости и т. д.

ЛЕКСИЧЕСКИЙ СОСТАВ ПАПУАССКИХ ЯЗЫКОВ

Как уже отмечалось, у разных папуасских языков, даже относящихся к одной языковойгруппе, очень велико расхождение в лексическом составе. Поэтому мы вынужденыздесь затронуть лишь отдельные проблемы, связанные с лексикой, Это, во-первых,проблема базисной лексики папуасских языков, во-вторых, проблема заимствований.
Работу по отбору базисной лексики, приспособленной к жизни и деятельностипапуасов, произвели лингвисты из Летнего института, переработавшие для НовойГвинеи список Сводеща, см. [Bee а. Pence - 1962]. Это дало возможность количественнооценить тот невероятный лексический разнобой, который давно уже отмечен дажев генетически родственных папуасских языках. Видимо, здесь играют роль несколькофакторов. Во-первых, относительная изолированность папуасских поселений (ср.положение на Северо-Восточном Кавказе до XX в.). Во-вторых, некоторые социально-психологическиемоменты, общие вообще для языков этого ареала. Наконец, наличие в той или иноймере языка межплеменного общения, существование которого препятствует интеграцииродных языков.
Интересно проследить, какие из слов базисного списка являются по происхождениюобщими для всех языков той кли иной семьи, например семьи нду [Laycock - 1965].Такими словами оказываются: мужчина, женщина, ребенок, глаз, нос, ухо, зубы,язык, локоть (колено), кость, ночь, вода, земля, дерево, трава, соль, хвост,птица, черный, есть (пить), идти, дать (себе или ему), ударить палкой, спать,лечь, видеть, кричать, приходить, подниматься (по холму), тошнить, приноситьводу, плевать, свинья, просыпаться, копье. В словаре диалектов Берега Маклая(Миклухо-Маклай - 1951] какими общими терминами будут: небо, человек, свинья,банан.
Заимствованиями языки Новой Гвинеи в общем не слишком богаты, видимо, здесьиграет роль национальная самобытность и замкнутость папуасских культур. В основномусваиваются лишь слова, обозначающие новые реалии - соответственно европейскогоили меланезийского происхождения. Так, в языке абелам есть слова, заимствованныеиз неомеланезийского: poto 'фотография', misis 'миссис', 'белаяженщина', pater 'священник', из малайского - tuan 'европеец'.Непосредственно из английского заимствования редки. В насиои заимствованы изнеомеланезийского слова uiki 'неделя', toopu 'мыло' (soap), maaniq'шиллинг' (money), peepa 'бумага', kadaati 'зеркало' (glass),kedotini 'керосин' и др. Наряду с такими заимствованиями отмечены и меланезийские:например, в насиои labalaba 'лаплап' (вид одежды), в телефол (из "административногомоту") taabalaseeb 'европеец'. В асмат, распространенном в Западном Ириане.сравнительно много заимствований из малайского или индонезийского, напримерiric 'испанский перец' < ritja, kartu 'игральные карты', karji'работа' < kerdja, kaper 'лодка' < kapal и т. д.; и реже - голландского,например kapak < tabak 'табак'. Нередко эти заимствования,в свою очередь, оказываются заимствованными также и в языке-источнике; так,слово "учитель" звучит в языке асмат kuri - из малайского слова, восходящегок индоарийскому guru 'мудрец, учитель'.
Однако отдельные папуасские языки, находившиеся с меланезийскими в долгоми тесном контакте, испытали серьезное влияние с их стороны. Это относится, например,к языку маилу. Влияние здесь обычно бывает взаимным: так, в словаре меланезийскогоязыка уруава (о-в Бугенвиль) только 14% слов общие с другими меланезийскимиязыками, а в соседнем языке торау таких слов всего 6%.
Крайне интересен для нас факт заимствования папуасскими языками ряда словиз... русского языка. "Виновником" этого является Н. Н. Миклухо-Маклай. Ужев 80-х годах прошлого века были зарегистрированы слова gleba 'хлеб',taporra 'топор', schiray 'секира', noscha 'нож'. Позжеотмечены слова bika 'бык', arbus, kukurus, koruet (Варшавский- 1968). Побывавший несколько лет назад в Западном Ириане советский журналистА. Иванченко отметил в округе Факфак слова "ножа", "коза", "бычка", "тялка"."кукуруза", "хлеба", '"арбуза", "тыква", "тапор", "лапата", "гвоздь", "батылка","стякло" [Иванченко - 1965].
Особую проблему составляют заимствования внутри папуасского ареала - из одногопапуасского языка в другой. Некоторые слова "проходят" таким 'образом черезвесь остров, например слово "свинья" (корень b-r), "кокосовый орех"(tepma), "стрела", "каноэ". В языке квома такие слова, как "дерево","отец", "дед", заимствованы из неродственного языка абелам, и вообще около 20%лексикона этого языка - заимствования [Laycock - 1966].
Словарей на папуасских языках почти нет (вернее, их число не превышает пяти-шести);в основном дело ограничивается списками, включающими от двух-трех десятков додвух-трех сотен (особенно при работе по списку базисной лексики - см. выше)лексических единиц. Это, между прочим крайне затрудняет сравнительно-историческиеисследования.
У некоторых папуасских народов. Новой Гвинеи отмечено существование тайныхязыков [27]. Например, у бонгу есть специальныйтайный язык, используемый мужчинами при рыболовстве и вообще при выходе в море,под названием jaubalan 'язык (balan) жующих бетель' (букв. 'язык бетеля') -Учитывая, что у бонгу жуют бетель лишь мужчины, очевидно, что это - эвфемистическоеобозначение для "мужского" языка [28] (а вморе выходят также лишь мужчины). Грамматически тайный язык не отличается отповседневного языка бонгу, различие лишь в именах существительных, заменяемыхописательными выражениями; gobun 'каноэ' - anam agu 'кусок дерева'; bia 'огонь'- namsaru 'цветок'; bul 'свинья' - ulita 'волосатое существо' и т. д. А. Ханкеполагает, что в тайном языке бонгу сохранились более древние лексемы.
В заключение отметим, что, как и у других народов Океании, у папуасов нередкислучаи ритуальной замены названий: "случается... что при смерти стариков должныбыть придуманы и введены новые слова" [Миклухо-Маклай - 1951, 82].

МОРФОЛОГИЯ

ВСТУПИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕТКИ

В области грамматики мы находим среди папуасских языков такие же расхождения,как и в области фонологии. Единственная более или менее общая для папуасскихязыков и бросающаяся в глаза грамматическая характеристика - это заметное преобладаниеморфологии глагола над морфологией имени (но ср. ниже о классификации А. Кэпелла).Поэтому наш дальнейший обзор мы начнем именно с морфологии глагола. Затем последуютразделы о морфологии имени, о прилагательном, числительном, местоимении и одругих классах слов. Далее идет очерк синтаксиса - синтагма, простое предложениеи сложное предложение. Во всех этих разделах будут сведены данные по различнымязыкам. В заключение мы дадим систематическое описание морфологии и синтаксисаодного языка - именно языка телефол (группа ок).
Прежде чем перейти к изложению, целесообразно дать общую типологическую характеристикупапуасоких языков. Видимо, их можно охарактеризовать в самом общем виде какагглютинативные с заметными элементами фузии. В частности, обращают на себявнимание две их типологические особенности: а) как правило, грамматическая монофункциональностьглагольных и (в меньшей мере) именных аффиксов; б) чрезвычайная развитость морфонологическихчередований на стыках морф, нередко полностью затемняющая грамматическую структурусловоформы.
Более детальную типологическую характеристику, которая была бы верна относительновсех или подавляющего большинства папуасских языков, не представляется возможнымдать ввиду очень большой разницы в грамматическом строе этих языков. Отсюдаестественное стремление создать наиболее общую типологическую классификациюязыков Новой Гвинеи.
Это попытался сделать А. Кэпелл в своих последних работах [Capell - 1969,13 и след.]. По Кэпеллу, в принципе возможны два полярных типа языков: а) сразвитой морфологией глагола и соответственно с преобладанием в предложенииглагольного синтаксиса (инкорпорация субъекта и объекта в глагольную форму,тонкое различение видовых, временных, модальных оттенков, consecutio temporumи т. д.) - этот тип он называет языками с доминацией процесса (event dominated);б) с развитой морфологией имени и соответствующей ориентацией синтаксиса (системаклассов, склонение, согласование и т. п.) - этот тип Кэпелл называет языкамис доминацией объекта (object dominated).
Примером на первый тип служит (из папуасских языков) кате, примером на второй- баининг. Возможны, далее, "доминационно нейтральные" языки, где нет заметногопреобладания ни того, ни другого типа (английский, в частности), а также различныестепени преобладания того или другого типа. Особый случай представляют языкис "числовой доминацией" (numeral dominated) вроде киваи, где скрупулезно учитываетсячисло субъектов, число объектов, повторяемость действия и т. п.
По Кэпеллу, заведомо большая часть папуасских языков относится к числу языковс доминацией процесса, т. е. с преобладанием морфологии и синтаксиса в глаголе.
Давая ниже грамматическую характеристику глагола, мы сознательно не отделяемсобственно морфологии (структуры глагольной словоформы, взятой в парадигматическомаспекте) от словообразования (структуры глагольной основы). Для большинстваязыков это пока невозможно сделать ввиду совершенно недостаточной их исследованности.По имеющимся описаниям, фиксирующим обычно лишь значение словоформы, как правило,невозможно понять, насколько та или иная основа воспринимается носителем языкакак нечто целое или, напротив, как совокупность аффиксов с самостоятельным значением.Еще более усложняет грамматический анализ отмеченный выше довольно ярко выраженныйфлективный характер папуасского глагола: большое количество морфонологическихвариантов, разного рода стяжений, ассимилированных и сокращенных форм и т. д.Характерно, что ни в одном из доступных описаний нам не удалось найти полнуюпарадигму спряжения хотя бы одного глагола, включающую все возможные словоформы.(Пожалуй, ближе всего к такой парадигме подошел, но далеко не исчерпал ее А.Ханке.) [Hanke - 1909].
В общем для папуасского глагола характерна выраженность при помощи отдельныхпоказателей очень тонких и зачастую непривычных для европейца оттенков значения,что обуславливает нередко крайне необычный перевод даже изолированных словоформ.Например, в словаре, приложенном к книге К. Форхуве о языке асмат, имеются основысо следующим значением: tepakamis 'заболеть непосредственно после того,как подняться вверх по течению'; tepom 'идти вверх по течению, чтобыкого-то встретить'; noimitum 'танцевать для кого-нибудь весь вечер';ninukamis 'сесть в 'каноэ с множеством людей и отчалить'; konawamis'приставать к берегу, чтобы лечь спать'; jirmotep 'подниматься вверхпо течению с заполненным каноэ': timeremap 'сидеть, пока солнце не зайдет'.
К этому следует прибавить еще развитое спряжение, т.е. разнообразие конкретныхсловоформ. Наряду с таким излишеством (с точки зрения европейца, конечно!) папуасскийглагол нередко бывает весьма сдержан в употреблении г'рамматических форм, предпочитаяупотреблять "нейтральную", не маркированную или слабо маркированную форму там,где европеец обязан употребить специальный показатель [29].В этом отношении некоторые папуасские языки напоминают изолирующие языки Юго-ВосточнойАзии типа китайского или вьетнамского, где, как известно, не только возможно,но и довольно обычно использование нейтральных, немаркированных форм как глагола,так и имени. Думается, что обе указанные особенности папуасского глагола связанысо спецификой актуализации в языках Океании, на которую обратил внимание ещеБ. Малиновский. По Малиновскому, для океанийца речь - это "речь-в-деятелыюсти"(speech-in-action). Поэтому он, например, может опускать какие-то элементы высказыванияв гораздо большей мере чем это мог бы сделать европеец. Та же особенность речиокеанийца определяет специфику семантики и т. п.
Видимо, можно выдвинуть и более общую мысль о типологических различиях языковпо характеру актуализации: для папуасских языков, по-видимому, характерны иныеспособы актуализации, чем, скажем, для европейских, что проявляется в однихязыках в огромном количестве актуализующих аффиксов, а в других - в "обнажении"нейтральной формы, имеющей, однако, благодаря этому весьма широкую сферу приложения,не столь строго регламентированную, как у глагольных словоформ русского и другихевропейских языков. Даже если в системе языка те или иные категории выражены,в речевой практике, они нередко не актуализуются (это отмечено, например, вязыке керева): вместо nouro na ne'ewa reaurimama 'он видит двух рыб',как правило, говорят nouro na ne'ewa keauri.
В заключение еще одно замечание. Обычно, говоря о грамматических категориях,свойственных, допустим, имени, исходят из молчаливой предпосылки, что все словадалного языка с самого начала распределены по грамматическим классам. На этомпостроено, в частности, понятие конверсии. Между тем материал ряда языков показывает,что, во-первых, не все языки знают подобное "исконное" распределение слов почастям речи, т. е. само понятие части речи имеет в них иное содержание; ср.[Коротков - 1968]; во-вторых, что грамматические категории, традиционно закрепленныеза частями речи, могут на самом деле относиться к членам предложения. Именнотак обстоит дело в самодийских, чукотско-камчатских, многих индейских языках;именно так происходит и во многих папуасских языках, где слова очень свободнопереходят из одного грамматического класса в другой и где имеется целый рядморфологических категорий, свойственных членам предложения (о чем мы упомянемниже, в разделе о синтаксисе). Видимо, это - проявление той же общей тенденциик перевесу актуализации над виртуальными .категориями, о которой мы говориливыше. Во всяком случае, правильнее говорить не о классе имен, а о словах, употребляемыхв качестве имен (например, в каморо manekammere 'он несет' означает и'носильщик'). Интересно, что, скажем, в языке насиои почти одна и та же по значениюформа может быть в одном случае образована от глагольной основы (kani-evo-nsi'я построил это для него'), в другом - от основы имени (kenamari 'я спел',т. е. kena 'песня' + m-ari 'стала моей').

МОРФОЛОГИЯ ГЛАГОЛА

В большинстве .папуасских языков глагол - это весьма сложное грамматическоеобразование, включающее в себя помимо основы длинную цепь суффиксальных, а иногдатакже и префиксальных морф [30]. Дадим оозортех грамматических категорий, которым могут соответствовать отдельные показателив глаголе папуасских языков.
Время. Это обычно нейтральное время (повествовательное - narrative),прошедшее типа имперфекта, прошедшее типа перфекта и будущее. По отдельным языкамимеются отклонения от этой схемы. Так, в экаги есть только прошедшее, давнопрошедшееи будущее. В таирора имеется два прошедших времени, противопоставленных другдругу по признаку временной глубины: давнопрошедшее время употребляется применительнок событиям, происшедшим несколько недель назад или еще раньше. В тоарипи такихвремен даже четыре: неопределенное прошедшее - terai 'я шел', давнопрошедшееterape и две промежуточные формы. В канум различаются настоящее, сегодняшнеепрошедшее, вчерашнее прошедшее, давнопрошедшее и будущее. В насиои не меньшедевяти временных форм (точнее, видо-временных): общее будущее, ближайшее будущее,общее настоящее, продолженное настоящее, обычное настоящее, недавно прошедшее(от вчерашнего заката до настоящего времени), промежуточное прошедшее (один-двадня назад), давнопрошедшее (три и более дней назад) и обычное прошедшее. В маипуаесть кроме обычного (nai kuruakano 'я скажу') эмфатическое будущее: naikuruna vailia 'я, конечно, скажу'. В языке оно имеются следующие времена:настоящее (приводится форма 1-го л. ед. ч. от глагола "идти" - ari-maile),будущее (ari-kale), давнопрошедшее (ari-kole), недавнее прошедшее(ari-le).
Важно отметить, что нейтральное время используется крайне широко. Так, в мариндформа nokiparud 'я завязыю' свободно употребляется и в значении будущего,и в значении пришедшего времени. В бемби есть прошедшее и настоящее, но нетморфологически выраженного будущего.
Время в папуасских языках выражено по-разному - в одних префиксально, в другихсуффиксально. В языках кобон-карам-гантс, видимо, вообще нет морфологическойкатегории времени (только вид).
Способ действия. Под этим названием мы условно объединяем здесь различныевидовые, залоговые и модальные оттенки, выражаемые в глаголе: а) дуративность,продолженность; например: бонгу e-gagalar 'бить не переставая'; б) хабитуальность,повторяемость, например: бонгу atar 'делать' - ate-r-ar 'все времяделать'; в) перфективность, законченность: таирора taba-unara-ma 'я виделэто'; г) неоднократность действия: маилу isi-ba 'съешь' - isi-losi-ba'ешь'; д) действие, совершенное в пользу какого-то другого лица: асмат aw'жарить' - awtam 'жарить для кого-л.'; е) напрасное действие: кате mu-(b)ipi-edzo'говорить зря'; ж) действие, которое не совершилось, но была попытка его совершить;з) совместное действие: бонгу gine-ur-ar 'приходить всем вместе', катеfo-fale-nopieng 'мы все лежим' и т. д.
В асмат есть интересный аффикс em(om): глаголы "лежать", "стоять" ит. д. с этим показателем означают действие стояния, лежания и пр., а без него- движение или пассивное состояние предмета, который относится к классу "стоящих","лежащих" и т. п. предметов (см. ниже об именных классах). Похожее положениев хули и родственных ему языках, где последовательно противопоставлены формытипа ibu palira 'он ложится' и ibu pada 'он лежит'. В абелам естьформа, обозначающая действие, которое кто-то собирается совершить, форма, обозначающаясоответственно близкое и далекое действие, и т. д.
Лицо и число субъекта. Во многих .папуасских языках (как, впрочем,и в меланезийских языках) налицо два варианта субъектных показателей 1-го лицамножественного числа: инклюзив (мы с тобой) и эксклюзив (мы без тебя). Отметимраспространенность дуальных и существование триальных показателей. Например,в оно глагол ari 'идти' имеет формы 1-го лица ari-maile 'я иду',ari-maite 'мы двое идем' и ari-maine 'мы идем'. Субъектные показателимогут употребляться как префиксально, так и суффиксально. Иногда, например вмаклев, число выражено в префиксе, а лицо в суффиксе: ep-pos-oma '(я)прыгаю', ep-pos-o '(ты) прыгаешь', но ema-pos '(мы) прыгаем',ema-pos-woga '(вы) прыгаете', eр-pos-woga '(они) прыгают'.
В елмек отмечена нейтральная, немаркированная личная форма, употребляющаясяво всех лицах, кроме 1-го лица единственного числа и 2-го лица множественногочисла; me-me 'я ломаю', me 'ты ломаешь, он ломает, мы ломаем,они ломают'; me-ga 'вы ломаете'.
Во многих языках формы 2-го и 3-го лица, особенно множественного числа, совпадают(например, в бонгу, в большинстве языков Нагорья). Специфическое употреблениесубъектных показателей имеется в таирора, где они используются, между прочим,в глаголе, выражающем дополнительное действие (типа русского деепричастия) ипредшествующем основному глаголу, даже если это дополнительное действие совершаетдругой субъект: t-iba-ra iri-ra 'он-говорить-ты слушать-ты', т. е. 'онговорил, а ты слушал'.
Есть языки без специальных аффиксов лица (например, дуна). В ороколо и кереманет аффиксов лица, но есть специальный аффикс числа. В тоарипи есть видо-временныеи модальные аффиксы, но нет показателей лица и числа. В киваи есть показателиинклюзивности-эксклюзивности при отсутствии показателей лица: n-ogu 'яиду', r-ogu 'вы идете, он, она идет'.
В некоторых языках (например, в папуасских языках о-ва Бугенвиль) в глаголеотражается пол говорящего (как в формах прошедшего времени русского глагола),например: в сиваи ni topotongongong 'я счастлив', но ni topotongangana'я счастлива'; omung 'он дает это мне (мужчине)', но omuina 'ондает это мне (женщине)'.
Лицо 'и число объекта. Эта категория очень характерна для папуасскогоглагола, особенно для языков Нагорья. Так, в языке маринд глагол "нести" имеетчетыре варианта в зависимости от числа субъекта и числа объекта: ед. ч. суб.,ед. ч. об. e-vik-e-v, ед. ч. суб., мн. ч. об. e-vik-a-v, мн. ч.суб., ед. ч. об. re-vik-e-v, мн. ч. суб., мн. ч. об. re-vik-a-v.Еще более изощрена система глагольных суффиксов в языке киваи, где различаетсяне только единственное и множественное число субъекта и объекта, но и двойственноеи тройственное. Так, -durdu соответствует двойственному числу субъектаи множественному числу объекта, -durumo - двум множественным числам,amadurudo- двум двойственным, -ibidurudo - множественному числу субъекта и тройственномуобъекта, amabidurumo - тройственному субъекта и двойственному объекта(все формы даны в настоящем времени). Наконец, приведем опять-таки из языкамаринд субъектно-объектную парадигму глагола kiparud 'связывать'.

Глагольная парадигма языка маринд

Лицо и число субъекта Лицо и число объекта
единственное множественное
1-е л. 2-е л. 3-е л. 1-е л. 2-е л. 3-е л.
ед. 1-е л. - nak-a-kiparud - - nak-e-kiparud
2-е л. o-na-kiparud - o-kiparud o-ne-kiparud o-(e)-kiparud
3-е л. a-na-kiparud a-kiparud a-(o)-kiparud a-ne-kiparud a-(e)-kiparud
мн. 1-е л. - nak-o-kiparud nak-o(e)kiparud - nak-e-kiparud
2-е л. e-na-kiparud e-kiparud (e)-o-kiparud e-ne-kiparud e-kiparud
3-е л. en-na-kiparud n-a-kiparud n-o-kiparud en-ne-kiparud en-e-kiparud
Как можно видеть, здесь оба ряда значений - и субъектный и объектный - выраженыпрефиксально. Любопытно, что объектные показатели множественного числа во 2-ми 3-м лице всюду нейтрализованы, чего нет в соответствующих субъектных показателях.То же в других языках - комба, куман, маилу, киваи и пр. В языке каморо аналогичныйсловоизменительный ряд имеется у глаголов, включающих показатель субъекта икосвенного объекта (типа "делать для кого-нибудь"). В общем объектные показателив глаголе исследованы хуже многих других особенностей папуасской грамматики- видимо, здесь сыграла роль необычность этой категории для носителей европейскихязыков [31].
B отдельных языках, например, нимборан, монумбо, якаи, в глаголе выраженоне только число, но и род (класс) объекта. Ср. монумбо aluakatsetso 'яуношу (мужчину)'; aluakatseko 'я уношу (женщину)'; aluakatsemo'я уношу (ребенка)'; aluakatsepo 'я уношу ('банан)' и еще восемь вариантов.
Наклонение. Помимо изъявительного наклонения в папуасских языках имеетсявопросительное (причем вопрос может строиться по-разному, в зависимости от реальности-нереальности действия), императив (бывает несколько форм императива: например,поле na 'ешь сейчас', na-ре 'ешь потом'), оптатив, "разрешительное"наклонение (адгортатив), "запретительное" наклонение (прохибитив), "нереальное"наклонение, например, в оно ari-kolo 'я мог бы пойти' (в будущем, ноне пойду), "настоятельное" наклонение (гортатив), условное на.клонение, например,тоарипи teraita soa 'если бы пошел', адмиратив (бонгу gine-ma-ar'прийти неожиданно быстро или слишком поздно'). В агараби и гахуку имеется специальноеэмфатическое наклонение: ср. агараби er-e-h-u-no 'я пришел!', при er-e-hu'я пришел'. Ср. также в куман: na ka ndi-ngga-ra 'я - в состоянии говорения'.
В ряде языков Нагорья имеются наклонения, обозначающие различные степени информированностиговорящего о действии, например, в хули na-ya 'он ел' (я 'это видел);na-yua 'он ел' (я не видел, но воспринимал это как-то иначе, напримерслышал, как он жевал); na-yi-da 'он ел' (и объедки налицо); na-yi-ya'он ел' (объедки были, но их убрали). Есть еще "предположительное" наклонение(он ел и остались какие-то косвенные свидетельства этого) и "определенное" наклонение(он ел, так как не мог не есть). В таирора налицо "аволиционалис" - наклонение,обозначающее действие, которое почему-либо не устраивает говорящего, и он нехочет, чтобы оно совершилось. В куман тоже есть сходная форма: ndi-na-kiur-ax-ka'я откажусь говорить'.
Отрицание действия осуществляется либо прибавлением специальной частицы, либопри помощи аффиксов (чаще префиксов): например, микару ena me-tou-be'я не ем'. См. об этом ниже.
Особую проблему составляют формы типа причастий, например, гогодала gibapiminalone'верящий'. Мы не можем, однако, анализировать здесь эти формы.

МОРФОЛОГИЯ ИМЕНИ

В отличие от морфологии глагола морфология имени в большинстве языков крайнебедна. По-видимому, словоизменения типа склонения не существует ни в одном изпапуасских языков. Прилагательное обычно никак морфологически не противопоставленосуществительному - разница между ними лишь синтаксическая. Как и в предыдущемпараграфе, ниже дается сжатый обзор грамматических категорий, выраженных грамматически(морфологически или синтаксически) в имени папуасских языков.
Число. Достоин внимания тот факт, что в некоторых языках, напримерв маринд, кате, имена, обозначающие неодушевленные предметы, вообще не имеютграмматически выраженной категории числа и сопровождаются глаголом в форме единственногочисла. Впрочем, в маринд, видимо, имя с семантикой множественного числа скорееобозначает собирательность, чем множественность (как в ряде языков Юго-ВосточнойАзии) и образуется при помощи внутренней флексии: anem 'человек', 'мужчина',anim 'люди' (но ср. anum 'женщина'). В языке кимагхама .категориячисла выражена лексически - специальным словом, могущим располагаться в предложениидистантно по отношению к определяемому слову и отделяться от него другими словами:do 'дерево', do ragha 'деревья', но do mamu ragha 'большиедеревья'. В баининг распространены случаи супплетивного образования множественногочисла: greidi 'долина', gar 'долины'. Нередко число выражено лишьв форме прилагательного-атрибута (но не в существительном). В авйу имена "живого"рода обозначают множественное число при помощи специального аффикса, а имена"неживого" рода получают редупликацию: omono-ogho 'дети', но mokamoka 'округа'. Вместо второго члена редупликации может выступать синоним:afa ghai 'дома', т. е. 'дом + дом'. Глагол при этих редупликациях употребляетсяв форме единственного числа. Схожее положение в языке бонгу. В языке кати числовыражается, лишь если его нельзя уловить из контекста; грамматическим способомявляется редупликация, например: katuk 'человек', katuk katuk'люди'. Если слово обозначает человека или животного, множественность можетбыть выражена прибавлением личного местоимения 3-го лица множественного числа:"дети + они". В. киваи обычно употребление нейтральной формы; в сомнительныхслучаях используется суффиксация.
В ряде языков имя имеет формы не только множественного, но и двойственного(и даже тройственного) числа. Так, в ава: iyan 'собака', iyatare'две собаки', iyataro 'три собаки' iyamari 'много собак'. В гадсуп-uk- - показатель числа большего, чем один, -kAnda - показательдвойственности, -kamode - тройственности или множественности.
В языке асмат есть суффикс -nakap, имеющий различные значения. Так,cem 'дом' - cem-nakap 'маленький дом'; si 'су'к' - sinakap'маленький кусок ветки, щепка'; mu 'вода' - munakap 'немного воды';tarn 'утро' - tamnakap 'раннее утро' или 'позднее утро'; umu'верхушка' - umunakap 'почти верхушка'. На то, что это не словообразовательныйэлемент, указывает возможность употребления его в словосочетаниях: amas'саго', amas nec 'сырое саго', amas netnakap 'немного сырого саго'.Таким образом, -nakap имеет значение единичности и значение небольшогоразмера или частичности. Ему противостоит суффикс -nakas, имеющий значениемножественности и небольшого размера: pok 'вещь' - poknakas 'маленькиевещи' (при характерном для папуасских языков морфологическом неразличении единственногои множественного числа в других случаях: pok не только 'вещь', но и 'вещи').К каждому из этих суффиксов может добавляться вторичный, так что получаетсясочетание типа "очень мало сырого саго". Очень показательно для морфологическогонеразличения существительного и прилагательного, что абсолютно такой же наборсуффиксов имеется у слов, переводимых нами как прилагательные. Однако переводих несколько иной: siri 'быстрый' - sirinakap 'очень быстрый'[32].
Грамматический класс или род. Эта категория в папуасских языках неособенно распространена [33], но нередко весьмасвоеобразна. В языке якаи, например, все имена делятся на две группы. K первой(где слова имеют специальную форму множественного числа) относятся имена, обозначающиелюдей, духов и существа, которые когда-либо, согласно мифам, принимали человеческийобраз; ко второй - все прочие. Более обычна классификация по "живому" и "неживому"роду. Но и здесь есть интересные явления.
Во-первых, очень отличается по языкам - там, где есть различение мужскогои женского рода, которое в папуасских языках широко распространено, - обозначениеживотных и вещей: кое-где они мужского, кое-где женского рода В абелам, в частности,все имена с неодушевленными денотатами мужского рода, кроме четырех: "солнце","река" "море" и "осока". Напротив, в валман "солнце", а также "луна", "ночь",'"душа" и "жизнь" - мужского рода.
Во-вторых, сама логика отнесения слова к данному классу нередко непривычнадля европейца. В абелам к "живому" роду относятся люди, большие животные и частитела а к "неживому" кроме вещей - насекомые, мелкие звери и птицы.
В монумбо кроме мужского, женского и среднего есть детский и смешанный род.В мони есть три класса, дифференцируемых по способу образования множественногочисла: мужской-средний, женский, класс имен родства.
В высшей степени примечательно деление имен на классы [34]в языке асмат. В нем пять классов. Это: 1) "стоящие" предметы - узкие и высокие,например деревья или люди; 2) "сидящие" предметы - столь же высокие, сколь широкие,вроде дома, а также... женщины; 3) "лежащие" предметы - широкие и низкие. Сюдаотносятся, например, упавшие деревья, мелкие животные, особенно пресмыкающиеся,а также... только что вставшие из-за горизонта солнце или луна; 4) "плавающие"предметы, как-то: рыбы, лодки и сами реки; 5) "летающие" предметы, т. е. предметы,находящиеся выше обычного направления взгляда: птицы, насекомые, предметы, висящиенаверху или лежащие в том месте, которое мы назвали бы "антресолями".
Пример языка, где деление имен на классы выражено не только путем различногосогласования, но и при помощи специальных показателей - это баининг. B нем восемь.классов: 1) слова, обозначающие лиц мужского пола, и некоторые другие - понеясным основаниям: a xwat-ka 'мужчина', a lamasa-xa 'кокосовыйорех'; 2) слова, обозначающие лиц женского пола, и некоторые другие: a nan-ki'женщина'; a ei-xi 'вода'; 3) исключительно диминутивы: a mung-ini'маленькое дерево', a dang-ini 'собачка'; 4) слова, обозначающие тонкиевытянутые вещи: a xwar-it 'долговязый худой целовек', a mung-it'щепка, лучина'; 5) слова, обозначающие часть, отделенную от целого, котораясама по себе не есть нечто законченное: a mung-ing 'кусок дерева'; 6)то же, но отделенная часть есть сама по себе нечто законченное, например, аxavr-em 'спелый банан': он отделен от целой грозди, но существует, так сказать,и сам по себе; 7) слова, обозначающие целое, которое разделено или может бытьразделено на части: a mung-ar 'большой кусок дерева, бревно', о avr-ar'большой многокомнатный дом'; 8) слова, обозначающие нечто большое, тяжелое,нечленимое на части, а также (если корень - название растения) слова, обозначающиелиству этого растения, например: a dul-es 'валун, большой камень', axavr-as 'листва банана'. Уже из этого перечня можно видеть, что один и тотже корень может выступать с разными классными показателями, приобретая разноезначение: дерево - щепка - бревно и т. п. Аналогичная ситуация в языке ангорам,где классов тоже восемь.
Есть данные о некоторых других языках с восемью (йеле), тринадцатью (арапеш),восемнадцатью (кунимаипа) и даже тридцатью классами. По некоторым сведениям,в насиои их свыше сорока, что отражается в согласовании с прилагательным, числительными т. п. Это классы мужчин, женщин, больших животных, птиц, рыб, плодов, дней,садов, групп людей, домов, пальцев, пакетов, вязанок, кусков и т. д.
Определенность - неопределенность. Существование этой категории в папуасскихязыках сомнительно. По некоторым данным, она может быть выражена при помощиуказательного местоимения: авйу ra ugo означает 'эта женщина' или 'thewoman'; ra fe 'другая женщина' или 'a woman'.
Пространственная характеристика предмета. Серия аффиксов с этой функциейсуществует, например, в ава: суффикс -raba обозначает, что предмет, обозначаемыйосновой, большой; -karaN - что предмет маленький, но вытянутый в длину;-raniyaq - что предмет большой и очень длинный. Например, poeraraba- 'большая свинья'. В гадсуп им соответствуют -yAkAN 'большой', -Аmа'длинный', -akaak 'маленький', -amuk 'короткий, круглый'.
Реальность предмета. Такая категория имеется, например, в гадсуп, гдесуффикс -ukAN обозначает реальность предмета, обозначаемого основой,а суффикс -ukA - правдоподобный вид или вообще неаутентичность предмета,например, если речь идет о похожем изображении собаки, надо сказать iyAn-ukA-i'настоящая собака'; ср. benano-ukA-i 'его мать' (не родная мать, а мачеха- точнее, другая жена отца).

ЧИСЛИТЕЛЬНЫЕ

Обычно система счисления объединяет ряд даже неродственных языков в своегорода ареал. B папуасских языках дело обстоит как раз наоборот: нередко дажев языках соседних деревень системы числительных коренным образом различаются.
1. В некоторых языках (маринд, генде, войа-веида, кати, каморо и др.) имеетсятолько два собственно числительные "один" и "два". В маринд 3 = 1 + 2, 4 = 2+ 2. Далее начинается счет по пальцам рук и ног до 20; число более 20 обозначаетсякак "много". В кати этот принцип сочетается со счетом по шестеркам: 12 = "шесть- два", а "шесть" иногда обозначается как "шесть - один". В генде manro- 1, oroi - 2, orogumago - 3 (= 2 + 1), oroi oroi - 4, oroioroi maga - 5, oroi oroi oroi - 6. Нечто похожее имеется в абелам:nAk - 1, vetyk - 2, kupwk - 3, но vetyk vetyk -4; "пять" обозначается редуцированной формой словосочетания "одна рука"; "шесть"обозначается kayk nAkwrAk, т. е. 5 + 1, но kayk в значении "пять"не сохранилось и перенесено как вариант на "шесть"; 7 = 5 + 2, 8 = 5 + 3, 9= 5 + 4 (5 + 2 + 2); "десять" обозначается как "две руки". Но обычно числительныесвыше "пяти" замещаются числительными, заимствованными из неомеланезийского(пиджин-инглиш). В языках оно, боази и некоторых других есть слова для "одного","двух", "трех", а "четыре" обозначается как 2 + 2. Дальше числительных, кактаковых, нет (например, в оно 20 обозначается как nei mane korop 'весьчеловек').
Оригинальный "четверичный" счет с помощью пальцев имеется в кева: 1 - pameda,2 - lapo, 3 - repo, 4 - ki. Но ki значит и 'рука'.Большой палец (kode) считается отдельно: например "десять" обозначаетсякак ki lapona kode lapo "две руки и два .больших пальца'.
2. Языки елмек, бонгу, момбум, мони имеют ясно выраженную пятиричную систему.В момбум числа от 6 до 10 выражены сочетанием специального префикса ma-с соответствующими числительными от 1 до 5: te - 1, mate - 6 ит. д. В мони "шесть" обозначается сочетанием amo ne hago 'другая (рука)из пары плюс один', 7 - amo ne hiza 'другая (рука) плюс два' (имеетсяв виду, что одна рука держится "в уме"). 10 - 'обе руки', 11 - 'одна нога один',т. е. один палец на одной ноге (сверх пальцев рук). Так идет до 20, обозначаемогодвумя способами: amo bado idi 'другая нога пять' или mendo hago'один 'человек'; 30 = 'один человек (плюс) десять', 40 = 'два человека'.
3. Языки кимагхама, канум и др. предпочитают счет шестерками (см. также данныео кати в разделе 1). Числа свыше "шести" обозначаются составными числительными:в кимагхама 7 = 6 + 1, 8 = 6 + 2, 12 = 6 + 6, 13 = 12 + 1 (где 12 обозначаетсяособым словом) и т. д. В канум принцип тот же, но все "слагаемые" обозначаютсяспециальными словами, не встречающимися отдельно. Весьма сложно в канум обозначаютсячисла свыше 12: 12 = 6 + 6, но также - 2 х 6; 18 = 3 х 6, 24 = 4 х 6. 36 обозначеноспециальным словом nimpe, 72 = 2 x 36.
4. Ряд языков пользуется десятиричной системой. Этот способ наименее распространени там, где встречается, видимо, заимствован из австронезийских языков. Пример- язык экаги, где есть десять самостоятельных числительных; 11 = 1 + 10, 12= 2 + 10 и т. д., 30 = 3 x 10. Но отчасти действует и счет шестерками: 70 =10 + 60 и т. д., 120 = 60 х 2.
Очень своеобразен счет в языке телефол (о чем см. ниже в грамматическом очеркеэтого языка). Отметим здесь лишь принцип счета: от пальцев одной руки черезшею и голову к пальцам другой руки. Тот же принцип действует во многих другихпапуасских языках, но при этом называются разные части тела и в разном количестве(в телефол их 27, в кутубу - 37, в думут мандобо и айом - 23, в лоле - 15, вхули и дуна по 14) и переход на другую сторону тела осуществляется в разныхточках (в кева и ялибу - на переносице, в думут мандобо - на макушке и т. д.)[Franklin a. Franklin - 1962].
Необходимо подчеркнуть, что "первобытность" числительных в папуасских языкахнередко переоценивается. Этимологическая общность числительных и названий частейтела не обозначает их тождества для носителей языка, как для русского явная"предметная связанность" названий цветов и мастей вроде вороной, коричневый,розовый, бирюзовый и даже молочный, кофейный и т. п. не обозначает"приравнивание" цвета к цвету ворона, корицы и кофе - эти обозначения функционируютнезависимо. Но наряду с существованием "абстрактного" счета в ряде языков существуети конкретный". Их взаимоотношение очень сложно и нами в настоящей книге анализироватьсяне будет.
Обширный и весьма интересный материал по числительным различных папуасскихязыков собран Т. Клуге [Кluge - 1938 и 1942]. Кроме того, существует ценноеисследование К. Галиса по числительным в языках Западного Ириана [Galis - I960].
Обычно числительные ставятся после считаемого предмета; реже они препозитивны.
В ряде языков имеется явление, известное под названием систем числительных,т. е. несколько рядов числительных, каждый из которых служит для счета определенныхпредметов. В абау таких рядов двенадцать, в вогамусин - шесть, в ивам - пять.

ЛИЧНЫЕ МЕСТОИМЕНИЯ

Личные местоимения в папуасских языках в подавляющем большинстве случаев образуютнесколько параллельных рядов форм. Так, в абелам три таких ряда - свободно употребляемые,связанные и приглагольные (точнее - "присказуемные") местоимения.
В некоторых языках функции этих рядов четко дифференцированы, но по-разному.Так, в языке маринд четыре ряда: а) субъектная или объектная форма личного местоимения;б) атрибутивная притяжательная форма личного местоимения типа "мой"; в) притяжательнаяформа, употребляемая при именах родства; г) субстантивная притяжательная форма.В языке канум три ряда: а) формы, употребляемые либо как субъект при непереходныхглаголах, либо как объект при переходных глаголах (существование таких формуказывает на возможность существования в канум эргативной конструкции; в разделесинтаксиса мы еще вернемся к этому вопросу); б) формы, употребляемые как субъектпри переходных глаголах; в) формы, обозначающие косвенный объект или притяжательность.В языке авйу четыре ряда: а) субъектные формы; б) объектные формы; в) притяжательныеформы общего типа; г) притяжательные формы при именах родства.
Сложнейшая система в языке каморо: а) субъектные формы; б) эмфатические субъектныеформы; в) формы косвенного объекта; г) формы прямого объекта; д) притяжательныеформы общего характера; е) притяжательные формы при именах родства. В языкевери двенадцать рядов: а) независимые (субъектные) формы; б) эмфатические формы:pe-mint yaak wi 'только он в саду находится'; в) комитативные формы:ne ne-reng sipian 'я с вами пойду'; г) объектные формы: ne arip-unetnaut 'я вас двоих увидел'; д) бенефактивные формы, т. е. обозначающиедействие, совершающееся в чью-либо пользу: yokotup ne-miin kaump nginta'мальчик для меня батат выращивал'; е) агентивные формы: ten-uk kamalup muauru'мы змею убили'; ж) эмфатические формы, обычно сочетающиеся с суффиксацией типа(б) и (е); в последнем случае они имеют нередко рефлексивное значение: рu-uk-iirёёrа 'он мылся'; з) аддитивные формы: ne-nta kauruman yei 'я тожеспать буду'; и) координативные формы: nё-re ne sipian 'вы и я пойдем';к) вопросительные формы: ne-ma 'я?'; л) вопросительно-локативная форма:pё-ko 'он где?'; м) посессивные формы: ne-m kentip 'моя собака'.Правда, большая часть соответствующих суффиксов употребительна и с именами существительными.
Уже на этих примерах видно, что в различных папуасских языках можно усмотретьтенденцию к морфологическому различению следующих функций местоимений: а) личное- притяжательное употребление; б) субъектность - объемность; в) притяжательностьобщего типа - притяжательность при именах родства; г) прямой-косвенный объект;д) эмфатический-неэмфатический субъект. Эти, наиболее типичные для папуасскихязыков вообще, функции можно изобразить в виде своеобразного "дерева":
личные притяжательные
| | | |
субъектные объектные общего типа при именах родства
| | | |
эмфатические неэмфатические прямой косвенный
Как и в ряде других языков индо-тихоокеанского ареала, во многих папуасскихязыках различаются инклюзивные и эксклюзивные, а также дуальные (реже триальные)формы. (Типичным .в этом отношении является язык киваи, где помимо инклюзива-эксклюзиваесть формы для единственного, двойственного, тройственного и множественногочисел, причем не только в субъектных, но и в объектных местоимениях.) Иначеговоря, существуют обычно специальные формы для значений "мы двое", "вы двое","они двое"; "мы включая тебя" противопоставлено "мы, исключая тебя" и т. д.Все это крайне осложняет систему местоимений.

Личные местоимения в языке кунимаипа

Ед. ч. Дв.-тройств. ч. Мн. ч.
1-е л. ne 'я' reipi 'мы двое' (нейтр. форма) rei paro 'мы' (нейтр. форма)
raripi 'мы трое: я и еще двое' rari paro 'мы: говорящий и другие'
2-е л. ni 'ты' aripi 'вы двое' (инклюзив.) ari paro 'вы (много)' (инклюзив.)
3-е л. pi 'он' parupi 'они двое' paru paro 'они (много)'

Личные местоимения в языке вери

Ед. ч. Дв.-тройств. ч. Мн. ч.
1-е л. ne 'я' tenip 'мы двое без тебя' (эксклюзив) ten 'мы без тебя' (эксклюзив)
- tepir 'мы с тобой' (инклюзив) tёar 'я с вами' (инклюзив)
- tёarip 'я с вами двоими' (инклюзив) -
2-е л. 'ты' arip 'вы двое' ar 'вы'
3-е л. 'он' pёarip 'они двое' pёt, pёar 'они'
На этих двух примерах виден очень интересный феномен, на который, насколькоможно судить, до сих пор почти не обращали внимания исследователи [35].С морфологической точки зрения в языке кунимаипа форма raripi должнанаходиться в столбце двойственного числа: но по значению это явное тройственноечисло. Если мы представим ее значение как "я + два" и предположим, что это дуальнаяформа, то можно будет интерпретировать rari paro как 'я + N', a reipiпредставить как две омонимичные формы: нейтральный дуалис и "я + один" и занятьпоследней, 'пустующую клетку (а). То же самое в вери: здесь явно "выпирают"из общего ряда формы tepir и ten, a tёarip заведомо понимаетсякак форма дуалиса.
В кунимаипа и вери "обращенность" инклюзива разная: в первом случае это противопоставлениенейтральной (N) форме "я + N", во втором - противопоставление эксклюзиву (N- ты) формы "N + ты".
В местоимении 3-го лица единственного числа нередко (как и в русском языке)различаются формы рода, например, в языке якаи: arep 'он', arup'она', arop 'оно' (в других языках более обычно различение только мужскогои женского родов). Любопытное исключение составляют в этом смысле языки абелам,кати и каморо. В первом из них мужской и женский род различается не только в3-м, но и во 2-м лице единственного числа: mene 'ты, мужчина', но n'ene'ты, женщина'. Аналогичное различение (tep, tup) есть в кати. В языкекаморо родовое различие имеется в формах 2-3-го лица двойственного числа (иболее нигде!): kimane 'вы двое или они двое, мужчины' и kakamane'вы двое или они двое, женщины'.
Следует обратить внимание на то, что формы множественного числа личных местоименийнередко образуются от форм единственного числа при помощи аффиксации или внутреннейфлексии - явление, местоимениям индоевропейских языков чуждое. Однако распределениетаких производных форм разное. В языке вери, как мы видели, производна толькоформа 3-го лица множественного числа. В момбум, напротив, производны формы 1-гои 2-го лица (то же в авйу). В бонгу производна только форма 2-го лица.

"ПРОСТРАНСТВЕННЫЕ" МЕСТОИМЕНИЯ

В эту категорию мы условно включили деиктики, фиксирующие положение в пространствеили направление движения и употребительные в самостоятельной синтаксическойфункция. Как и в других языках с высокой степенью актуализации, в папуасскихязыках обычно имеется очень разветвленная система подобных деиктических слов.Приведем некоторые примеры.
В языке вери есть два ряда местоимений (точнее, местоименных основ) этоготипа. Первый обозначает различие в горизонтальном расположении: ер- 'здесьвозле меня', рёр- 'там возле тебя', pu- 'там в третьем месте'.Второй - в вертикальном: о- 'наверху', ingk- 'на уровне взгляда',ungk- 'внизу'. К ним могут присоединяться локативные постфиксы, а такжедругие именные показатели: o-rek-aan 'сверху', т. е. 'там наверху + место+ оттуда', pёt ap-rek vi 'они здесь', т. е. 'они + здесь-место + находиться';nёungk-ot-un etan 'ты посмотри на эти предметы внизу!' (-ot- -показатель именного класса, -un- - суффикс со значением указательногоместоимения).
В языке кева подобных местоимсний шесть. Это: go 'этот поблизости',mo 'этот вдалеке', so 'этот наверху', no 'этот внизу',о 'этот более частный' и аро 'этот более общий'. Таким образом,здесь в сущности три "измерения".
Проще всего классификация указательных местоимений в абелам, соответствующаяклассификации русского языка: Anу 'этот', wAny 'тот' (плюс вопросительныйэквивалент: уAnу 'который'). Кроме того, имеется еще местоимение wAсо значением 'именно этот'. Но в адвербиальном употреблении возникает опять-такидовольно сложная система ме-стоименных слов. Вот она: abA 'здесь, отсюда',agA 'сюда', wАbА 'там', jАbА 'там за определенным местом',kwAymAkA 'здесь совсем рядом', apAk 'туда вдаль', apAkbA'там вдали' и уАbА 'где, куда'.
В языке асмат различаются два класса: указательные местоимен.ия и местоимениянаправления. Указательных местоимений пять: ar 'этот возле меня', er'тот далекий от меня', 'этот возле тебя', jaka 'тот не оченьдалекий от меня' и atar, значение которого очень близко к ar.Направительных местоимений два: а 'направление движения' и ariw'законченность движения в данном направлении. Примеры: о nor ar pen 'тыко мне?' (т. е. ты + меня + направительное местоимение + вопросительное местоимение);но: kaper Merauke ariw 'лодка прибыла в Мерауке' (т. е. лодка + Мерауке+ направительное местоимение).

ПОСЛЕЛОГИ

Конечно, выделение такого класса условно. Мы объединили в нем разного родаморфологические актуализаторы, которые присоединяются к имени или слову, употребляемомукак имя, и обозначают пространственную, временную локализацию, способ действияи т. д. Таким образом, по функции они параллельны падежным окончаниям. Однакоони обладают гораздо большей степенью самостоятельности (и конкретности выражаемогозначения) и не противопоставлены друг другу в рамках парадигмы.
Можно выделить следующие основные классы послелогов: 1) причинно-целевые;2) инструментальные; 3) агентивные; 4) объектные; 5) локативные. Приведем примерына все эти классы.
1. Это послелоги, обозначающие цель и соответственно причину действия, напримерв гадсуп: kAman-kon-ke yomi 'он приходит за чем-то похожим на батат'(батат + послелог цели + аффикс неаутентичности + (он) приходит); memAy-AkAn-ipekemi 'она 'боится змеи' [змея + послелог причины + именной показатель(она) + боится]. То же в ава.
2. Это некоторый эквивалент русского творительного инструментального, например,гадсуп ikA-po yunka 'вари при помощи огня, огнем' (огонь + инструментальныйпослелог + вари); в языке ава sogi-taten 'ножом' (разрезать); абелам:tabA-t 'рукой' (бить); бонгу tapor-en 'топором' (рубить), но такжеmonrar-en 'из глины' (лепить) (кроме того, он же выступает в функциипоказателя эргатива); елмек: ebilen 'домом' (дом + показатель орудийности).
3. Здесь имеются в виду послелоги, выделяющие действующее лицо или предметбеседы, например только что упомянутый показатель эргатива в бонгу. В языкеканум есть показатель субъекта предложения -а. В языке авйу в этом значениивыступает ki: gu ki tengghagha 'ты большой (ты + субъектный послелог+ большой). В ава: poёraka nёrе 'это свинья' (свинья + субъектный послелог-aka + есть). В тоарипи есть аффикс sa эмфатического субъектаи la - эмфатического объекта: ita ave sa paedi 'свинью + собака+ sa (именно собака) + убила'; ave ita la paedi 'собака + свинью + la(именно свинью) убила'.
4. Примером объектного послелога может служить -ke в абелам: wnemene-ke ketykA wtekwA 'я для тебя (тебя-для) буду танцевать'; бонгу anduni-ga maren 'он о тебе (ты+о) говорил'; момбум nimbe 'для отца (отца+ для)', и т. п.
5. В гадсуп локативных послелогов девять: "в", "на или около", "поблизости","на верхушке", "у основания"; "вдоль по", "вдоль по верхушке", "от" и "к". Всочетаниях с другими послелогами эти локативные послелоги могут давать. сложнейшиенаборы, например; "кругом внутри" ("мы гуляли кругом по деревне"). В ава ихшесть: направление к чему-либо или местонахождение; то же с именами собственными;движение от; движение внутри; движение по верхней части; движение наверху (например,по поверхности воды). В абелам таких послелогов всего четыре: -bA 'локализацияв пространстве или времени'; -bwA 'местонахождение или место, откудапроисходит движение'; -t или -ke 'направление движения' и -lA'местонахождение около'. В языке бонгу функции локативных послелогов очень расплывчаты:wangu 'в поле', aregu 'перед печенью, впереди', gorogu'за спиной, сзади'.
В языке оно имеется целая серия послелогов с довольно абстрактным грамматическимзначением: vesi 'камень', vesi-no 'при помощи камня', vesi-rop'вместе с камнем', vesi-wo 'на камне', vesi-wo-nino 'с камня'и т. п.
Существуют и некоторые иные по функции именные послелоги. Так, в языке гадсупесть вокативные послелоги: bantA 'человек' - bantAo 'ты, человек!';эмфатические послелоги, напоминающие по функции русскую 'частицу же. В этомже языке есть послелог "похожести": akinta ben ano-ke bemi 'девочка похожана мать' [девочка + она + мать + послелог похожести -ke + (она) есть], а такжепослелоги "размера": kAman-Ama-yAkA-mi 'батат' + послелог размера 'длинный'+ послелог размера 'большой' + именной показатель, pumada-Ama-u'-i 'худыевысокие юноши' (юноша + послелог размера 'длинный' + показатель мн. ч. + именнойпоказатель). В языке ава есть специальный послелог -mone со значениемвыражения любви к обозначаемому основой человеку: nanibaqmone 'мой любимыймладший брат'. В асмат также есть эмфатические послелоги с разным значением,а также послелог "субъективного мнения" aw, например: no-raw 'я+ aw', т. е. 'это только я'; wasen cow opak aw 'увы, в лесу нетсаговых пальм' (лес + саговые пальмы + нет + aw); а ese awut kor newaw 'а не слишком ли эта сумка велика?'' (эта + сумка + большая + слишком+ возможно + аw). B языке кати есть послелог с комитативной функцией:karuk-a 'с человеком'. Послелогами обычно являются и показатели посессивности- см. о них в синтаксисе, раздел "Синтаксис словосочетания".

ПРОЧИЕ МОРФОЛОГИЧЕСКИЕ КЛАССЫ

Здесь следует указать, во-первых, на категорию, которую в папуасских грамматикахназывают "наречиями", т. е. категорию, служащую для характеристики действия,обозначаемого глаголом. В сущности сюда же тяготеют и "локализаторы", которыемы рассматривали выше как местоимения.
Очень большой и богатый класс составляют в большинстве папуасских языков частицысо значением сомнения, отрицания и вопроса, о чем мы будем говорить в разделесинтаксиса при характеристике типов предложений. В том же разделе мы будем говоритьо союзах, набор которых значительно более ограничен.
Наконец, упомянем о существовании в папуасских языках междометий (асмат: wu'ox!', joj 'вот так так!', 'm 'пошел! пошел!', noromum- междометие ласки, употребительное между 'супругами), ономатопоэтик разногорода (асмат: iriririri - подражание звуку, издаваемому множеством мелкихпредметов при падении, fafafafa - так созывают свиней и т. п.).

НЕКОТОРЫЕ СВЕДЕНИЯ О СЛОВООБРАЗОВАНИИ

Здесь мы будем говорить только о таких случаях, когда налицо специальные аффиксыили другие материальные средства словообразования. Словообразование в папуасскихязыках вообще исследовано очень плохо.  
Едва ли не наиболее распространенным словообразовательным средством являетсяпростая композиция (словосложение), в результате которой мы получаем новое слово,отличное по семантике от тех, из которых оно "сложено", и не разделимое никакимисловами или аффиксами (цельнооформленное) . Подобного рода примеров можно привестисколько угодно, ср. маринд deg-anem 'кустарниковые люди' (точный эквиваленттермину "бушмен"); авйу ji-ro 'птичья лихорадка'; бонгу namge'глазное яблоко' (глаз + плод), agalgul 'тетива' (лук + полоска бамбука);войя-венда anibarnegen 'указательный палец' (рука + глаз). Во всех случаяхпервый компонент определяет второй. Но ср. кати on-karao 'птица карао';абелам manwy 'райские птицы', 'лапа + перья'; телефол atem 'дерево+ много', 'лес'.
Внутри категории имени следует отметить наличие, например в языке асмат, специальныхэлементов, обозначающих степень качества. В бонгу адъективность может выражатьсяименем, производным от другого имени, обозначающего предмет: mal 'мужскойпояс' - mal-bi 'мужской'; dan 'борода' - dan-bi 'бородатый';oie 'бег' - оie-di 'трусливый'. Однако те же показатели иногдаобразуют имя, обозначающее лицо: gomim 'магия' - gomim-bi 'колдун'.В гадсуп есть специальные показатели качественности: ubo 'кровь' - ubomAnA'красный' и т. д. В киваи прилагательное образуется из существительного припомощи редупликации: tema 'дым, туман' - tematema 'затуманенный'.Этот способ, видимо, заимствован из языка моту.
Вообще в отличие от австронезийских языков папуасские языки значительно болеередко и нерегулярно используют редупликацию. Приведем данные по языку бонгу,едва ли не наиболее интенсивно пользующемуся редупликацией. В глаголах она обозначает:а) фреквентативность: bashinar 'красть' - babashinar 'постояннокрасть'; б) интенсивность: pu:aR 'дуть' - pu:pu:aR 'сильно дуть'.В именах она образует "коллективные" формы, функционирующие вместо форммножественного числа: boli: 'плод хлебного дерева' - boboli: 'плодыхлебного дерева', а также (в прилагательных) - интенсивность или высокую степенькачества. В местоимениях редуплицированная форма обозначает ограничение: yi:yi:g'только мы, мы одни'.

СИНТАКСИС

СИНТАКСИС СЛОВОСОЧЕТАНИЯ. КОНСТРУКЦИЯ "ИМЯ + ИМЯ" ИЛИ "МЕСТОИМЕНИЕ + ИМЯ"

Эти конструкции, по-видимому, можно разделить на следующие классы: а) посессивныеконструкции; б) атрибутивные конструкции; в) конструкции с сочинительным значением;г) конструкции со значением уточнения.
А. Посессивность выражается в папуасских языках разными способами.
Первая модель: простая аппозиция имен; так, в телефол: koong umsan'свинья + хвост', waan koon 'батат + листва', Ilibtaman kasel'Илибтамана жители'; маринд: Kodwa zib 'Кодвы сын'; момбум: wokorairmen 'верх дома' (дом + верхняя часть); авйу: nabo nga 'дом отца'(отец + дом). Возможны и "многоэтажные" сочетания этого типа: дем Igun abagegago 'Игуна отца имя' (имя отца Игуна).
Вторая модель (определяющее + показатель притяжальности) + (определяемое),например, в ава: iya-ne nа 'собака + показатель притяжательности + дом'('the dog's house'); телефол: man imi koog 'ребенок + показатель признательности+ свинья'.
Третья модель: (определяющее) + (показатель притяжательности + определяемое),например, гадсуп pood а-bAkuni 'свинья + показатель притяжательности+ зубы'.
Четвертая модель: (определяющее + специальный суффикс притяжательности) +(определяемое); от второй модели она отличается тем, что аффикс не имеет парадигмылица, но зато может выражать различные виды принадлежности; так, в гадсуп iобозначает вообще притяжательность, -indA - владение чем-либо неопределенными т. п.; ср. абелам: takwA-nA n'an 'женщина + показатель притяжательности+ ребенок', wne apA-nA takwa 'я ( = мой) + отец + показатель притяжательности+ жена'; маклев: еbi bang uho 'дом + показатель притяжательности + дверь';канум: al ene mоа 'отец + показатель притяжательности + дом'.
Пятая модель: определяющее + личное местоимение + определяемое, например,кати ambe je ambip 'дом отца' (отец + он + дом).
Шестая модель: определяемое + определяющее + показатель притяжательности,например, каморо kame nati ta 'дом + вождь + показатель притяжательности'.
Б. Атрибутивные конструкции в папуасских языках чрезвычайно распространены;например, асмат: amas ese 'мешок для саго, из-под саго' (саго + мешок),аj cem 'новый дом' (напоминаем, что в папуасских языках внутри категорииимени обычно не различаются существительное и прилагательное); возможна и постпозицияатрибута: cem awut 'большой дом' (дом + большой); препозиция атрибутачасто используется для выражения эмфазы: ow akat 'хорошие люди' (люди+ хорошие) и akat ow 'хорошие люди' (а не плохие); абелам ykwn dw'хороший человек', bAkA kamA 'пустой бамбук'; бонгу borle 'зло,вред', borle tamo или tamo borle 'плохой человек'.
B. Сочинительные конструкции могут быть вообще без специальных грамматическихпоказателей, например, в абелам: dw takw 'мужчины [и] женщины, люди вообще'.Но чаще такие показатели имеются, например, телефол unang aa tanum aa'женщина-и мужчина-и'. В языке ава существует три специальных аффикса: a) -seqсоединяет имя лица с другим именем лица: naniyo-seq naniwe-seq 'мой брати мой муж'; б) - соединяет имя лица с несколькими другими именами:nano-rё nanibo-rё naniyo-rё 'моя мать, мой отец и мой брат'; в) -kakaqсоединяет имя лица с именами вещей: umokakaq nagakakaq 'крыса и веревка'[36]. В изолированном употреблении -kakaqозначает 'также'. В гадсуп: aponinta-ba pood iyAn-ate udeno 'мальчик-исвинья-и собака-и поднялись вверх'.
Г. Конструкции этого типа отличаются от посессивных конструкций тем, что междуих компонентами нет семантического отношения части-целого или принадлежности,например, телефол un sinik 'стрела-дух', 'фотография стрелы'; taabalasebmaasta Daal 'европеец, мистер Доул'. В этом языке есть даже специальнаяконструкция со значением "то есть", "называемая", "специально для": koongkoo-ake kamel 'животное (букв. свинья), называемое kamel (верблюд)', atkoo-ake fuub 'песня, под которую танцуют'. Ср. также бонгу: tu tamo'петух' (курица + мужчина), tu nangli 'курица' (курица + женщина).
Определяющее имя может заменяться в перечисленных типах конструкций местоимением.Здесь также возможны различные варианты, в частности использование специальныхместоименных форм притяжательности (о которых мы уже говорили) и простая аппозиция;например, мони а ita 'я + отец' (мой отец); ср. a ita i 'я + отец+ дом' (дом моего отца).

СИНТАКСИС СЛОВОСОЧЕТАНИЯ. СОЧЕТАНИЯ С ГЛАГОЛОМ

В этом разделе мы остановимся на двух наиболее характерных видах словосочетанийс глаголом, не имеющих предикативного характера. Это "составные" (аналитические)глаголы, состоящие из нескольких слов, и сочетания глагольного предиката с уточняющимего элементом - "наречием".
"Составные" глаголы, вернее глагольные формы, имеются в большинстве папуасскихязыков. Например, в языке асмат: apor-a jermi 'я увижу его еще и ещераз' - здесь apor-а - специальная форма глагола, обозначающая 'многократновидеть', а jermi - форма 1-го лица единственного числа будущего времениот 'глагола ji 'делать, говорить'; mopor emi 'я хочу увидеть это'- здесь используется глагольная форма на m- со значением намерения исоответствующая личная форма глагола em 'делать'. В абелам имеется несколькоподобных конструкций со значением типа "убил бы ты, что ли!" (составнаяформа императива - -mА vya-kwA-y vе); "умеешь ли ты делать лук" - meneKw Alpek yА-kwA-y mene vw и т. д. Особенно распространены составные глаголыв телефол.
Сочетание предиката с "наречием" лучше всего рассмотреть на примере языкаабелам. Здесь выделяются следующие конструкции: а) с наречиями модальности действияmawA 'должно, обязательно', bAkA 'бесцельно' и т. д., например:n'an mawA kAdw 'ребенок + обязательно + ест' (ребенок должен есть); б)с наречиями времени; перечислим их значения, что само по себе небезынтересно:"завтра или вообще на следующий день", "в будущем", "в прошлом", "оченьдавно", "завтра", "через два дня", "через три дня", "через четыре дня","через пять дней", "вчера", "позавчера", "некоторое время назад", "вечером (вчера)","утром (завтра)", "надолго"; в) с наречиями места, о которых мы писали в специальномразделе; г) с наречиями образа действия вроде "быстро".

СИНТАКСИС ПРЕДЛОЖЕНИЯ. ПРЕДИКАЦИЯ

В русском и других индоевропейских языках мы привыкли к тому, что носителемпредикативности является слово определенного грамматического .класса - глагол,будь это полнозначный глагол, вспомогательный или связка. В папуасских языкахв соответствии с общей установкой на максимальную актуализацию дело обстоитпочти прямо наоборот. Здесь предикативность выражается в первую очередь синтаксически,и лишь вторично предикат может получать (а может и не получать) специфическоеморфологическое оформление, например в языке каморо: nikja noaija Mawaneti'Маванети - мой отец' (отец + мой + Маванети); в языке кева "он - мужчина" выражаетсякак ipu ali 'он + человек'; абелам gwne kAde? 'кто вы?' (вы +кто); тепе mene luluai mene 'ты лулуаи?' (ты + лулуаи + ты) (лулуаи -нечто вроде переводчика при вожде, назначаемого колониальными властями); асмат:Natinak omer 'Натинак испугался' (Натинак + испуганный), о jiwinakap'ты маленький'; бонгу: ande rie 'это что?'; кати: katuk amun 'человекдобр' (человек + хороший). В языке оно предложения с именным предикатом имеютвместо связки личное местоимение: nei ene suaine 'человек большой' (человек+ он + большой).
Приведенное предложение из языка кати может звучать и как katuk amun am'человек + хороший + показатель предикативности'. С тем же значением употребляетсяконструкция katuk amun keron 'человек + хороший + вспомогательный глагол типа"становиться" в личной форме'. В языке абелам показатель предикативности гораздоболее регулярен (приведенные выше примеры относятся только к вопросительнымконструкциям): wne luluai wA 'я лулуаи' (я + лулуаи + показатель предикативности).Что касается имен, обозначающий признак, то они часто предицируются при помощивспомогательного глагола уА: ykwn dw 'хороший человек' - dw ykwn yAkwA'человек + хороший + вспомогательный глагол в личной форме'. Особый класс вабелам составляют имена "категории состояния", которые тоже употребляются впредикативной функции с вспомогательным глаголом уА, но в атрибутивнойфункции сохраняют эту конструкцию так что получается нечто вроде причастия:dw bar yAkwA 'человек болен' (человек + больной + вспомогательный глагол)- bar yakwA dw 'больной человек'.
Важно подчеркнуть, что показатель предикативности в папуасских языках там,где он употребляется, не есть морфема, присущая глаголу как части речи. Он присоединяетсяк именам и словам других грамматических классов именно с целью обозначить ихсинтаксическую функцию. Например, в языке гадсуп: iyAm-i-ni 'этособака' (собака + именной показатель + показатель предикативности), pood-inda-u'-i-ni'они принадлежат свинье' (свинья + показатель неопределенной принадлежности+ показатель числа + именной показатель + показатель предикативности), yunaam-рА'-te-pi-ni'из сада ли (это)?' (пища + показатель местонахождения + локативный послелог"из" + показатель вопроса + показатель предикативности). Заметим в скобках,что существуют и не непосредственно предикативные показатели, употребляемыесо словами разных грамматических классов. Таким показателем в языке кева являетсярезультативный суффикс -le, в агараби - -ma 'если', употребительныйс глаголом: puhti-ra-ma 'если она дунет...' или с именем: we a-yopi-mawain ano '(ее братья + если) + находились здесь...'. В абелам есть специальныйпредикативно-посессивный суффикс, добавляемый к обычному: wAny bale de-kw-nwA 'эта свинья + моя + предикативно-посессивный показатель -n + показательпредикативности'.
Видимо, целесообразно тут же остановиться на одном из специфических видовпредикативных .конструкций. Мы имеем в виду экзистенциальные конструкции: "это...","there is..." и т. п. [37]. Как и другие предикативныеконструкции, такого рода высказывания нередко вообще не имеют специального морфологическогооформления. Так, в кева обычны предложения типа: уа 'это птица' (птица),repona pitya 'это корень дерева' (дерево + корень). В абелам: wnebale 'моя свинья (это)'. Приведенный в конце книги текст на языке асматоткрывается двумя экзистенциальными высказываниями без какого-либо специальногооформления.
Укажем, наконец, на существование специальных показателей "эмфатического предицирования",например, в гадсуп: kAma-ni-no 'это же батат!' (батат + именной .показатель+ показатель "эмфатического предицирования").
Что касается глагольного предиката, то он в отличие от именного обычно характеризуетсямаксимальным наборов морфологических показателей, на чем мы отчасти останавивалисьв разделе о глаголе. Отметим здесь же, что это верно лишь для предиката, выраженногоглаголом в личной форме. Но в папуасских языках крайне широко распространенвторичный предикат, выраженный глаголом в так называемой медиальной форме (типадеепричастия), лишенной обычных глагольных показателей и обозначающей дополнительноедействие.

СИНТАКСИС ПРЕДЛОЖЕНИЯ. ПОРЯДОК СЛОВ

Что же касается порядка слов, то здесь в папуасских языках имеется известноеединообразие. Субъект почти всегда стоит на первом месте, объект - между субъектоми предикатом, предикат - на последнем: S - О - Р. Если налицо прямой и косвенныйобъекты, эта формула приобретает вид S - O1 - O2 - P, реже S - O2 - O1 - P.Даже если S отсутствует (или выражен местоимением, включенным в глагольную форму),обычно сохраняется порядок О - Р. Ср., например, в асмат: tapin ajikaro cianuwuwof 'я упаковал циновку и сел в каноэ' (циновка + [я] упаковал-и +каноэ + [я] пошел-в).
Примеры подобного порядка элементов предложения очень многочисленны. Приведемеще два - кева: alimi naki tya 'мужчина мальчика бьет' (мальчик бить);бонгу: tamo topor uman 'люди топор взяли'. Но есть языки и с иным порядкомслов (обычно S - Р - О), например морари, маклев и др.
Если предложение развернуто, сохраняется в принципе тот же порядок. Например,в агараби он следующий: время - место - S - O2 - O1 -Р, в абелам обычно: S - время - О1 - О2 (или наоборот)- место - способ действия - Р; в постпозиции (после предиката) возможен такжекосвенный объект и локативное "наречие"; в бонгу: время - S - O2- O1 - место - Р и т. д. В целом все второстепенные члены адвербиальногохарактера, как правило, группируются до глагольного предиката.

СИНТАКСИС ПРЕДЛОЖЕНИЯ. ТИПЫ ПРЕДЛОЖЕНИЙ

Остановимся здесь на следующих типах: а) ядерное предложение; б) предложениес отрицанием; в) императивное предложение; г) вопросительное предложение; д)предложения с ограниченным употреблением (реплики, начальные, финальные и т.п.).
Наиболее общие данные об утвердительном индикативном (ядерном) предложенииприведены выше, и на этом типе предложений нет нужды подробно останавливаться.Укажем лишь, что в ряде папуасских языков (кева, бонгу, канум) имеются конструкции,внешне близкие к эргативной. Однако практически во всех подобных случаях морфологическоепротивопоставление субъекта эргативной конструкции ее объекту и противопоставлениетранзитивного и интранзитивного предложения не проведено последовательно, чтоделает крайне сомнительной возможность признания в папуасских языках наличияэргативной конструкции в "чистом" виде [38].
Отрицательные предложения. Обычно отрицание в папуасских языках выражается,как мы уже вскользь отмечали выше, постановкой предиката в специальной "отрицательной"форме (т. е. употреблением глагольных и вообще предикативных показателей .соспециальным значением) или употреблением в качестве обстоятельства наречий созначением отрицания. Эти последние могут быть различными для разных видо-временныхформ. Примеры подобных конструкций: абелам wne luluai wA 'я лулуаи' -wne luluai уАbА wA 'я не лулуаи'; wne apA kapwk yaden 'мой + отец+ не + пришел-вчера', ср. wne apA ganbA yaden 'мой + отец + ночью + пришел-вчера'.[Кстати, в абелам есть и заимствованная из неомеланезийского отрицательная конструкция:Any my i no tapw ' это + дерево + не есть (is not) + tapw.] В таирораупотребительны оба способа одновременно: iri-ro 'слышит-он' - kiairi-ro 'не + слышит-он' или kia iri-raiti-ro 'не + слышит-не-он'.То же в момбум. В бонгу употребляются отрицательные наречия: adi onur arenбукв. 'я + видел + не'. То же в асмат: amas 'саго (есть)' - amas opak'саго нет'. Чисто морфологический способ отрицания значительно реже. См. в боази:no-sungguz-umba 'я не мою' (я + мою + не); камано: negoe 'я вижу'- nongkue 'я не вижу'. К отрицательным близки дубитативные конструкции,выражающие сомнение: таирора hura bu-arera 'завтра я, вероятно, пойду'(завтра + идти-наверное [я]).
Императивные предложения. Наиболее характерный для папуасских языков(и не только для них) способ образования императивной конструкции - это присоединениек "голой" глагольной основе специального аффикса; например, абелам mA-ve'смотри!'. В этом языке есть и особая прохибитивная конструкция, получаемаяприсоединением к глаголу аффикса kA-: kwaje kA-kA de "летающая лисица+ пусть не ест + она'. Наряду с такой аффиксальной конструкцией встречаетсяи употребление чистой основы, например, экаги: witoghai 'чисти', агараби:oro 'иди!'. В некоторых языках, например в таирора, канум, йен, императивныеформы входят в парадигму спряжения на общих основаниях, например, в таирора:iri-a 'слушать + показатель императива, не специализированный по числу'.Прохибитивная конструкция в этом языке тоже существует: kaari bu-a ntaari'автомобиль ехать не должен'. В асмат и некоторых других языках есть специальнаясуффиксально-префиксальная форма (наряду с обычной суффиксальной), обозначающаядействие, которое необходимо совершить немедленно: tetam-cin 'дай мне'- mom-tetam-cin 'дай-ка мне скорей!'.
Следует указать, что часто в императивных конструкциях встречается и 'субъект,обозначающий адресата императивной формы; например, экаги aki witoghai'ты, чисти!'.
Вопросительные предложения. Здесь следует прежде всего разграничитьдва типа вопросов: общие (да - нет) и специальные, в которых употребляются особыевопросительные слова типа "где?".
B "да-нет"-вопросах наиболее обычной формой является аффиксация в предикатспециального вопросительного показателя или, если структура языка такой аффиксациине допускает, употребление вопросительного наречия; например, морари: kowortam 'он спит' - kowor tam ai 'спит он?'; гадсуп: kAman-A-pu'я [взял] батат?', глагол в этой фразе восстанавливается из контекста (батат+ вопросительная предикативная частица + я); асмат: awut en 'большой(он)?'; каморо: kib-a-a-n-o 'я разобью?'.
При специальных вопросах обычно сочетаются вопросительный показатель и специальноеслово наречного типа. Иногда они объединены в одном слове, как, например, васмат: enam pen 'рыба есть?' в отличие от enam en 'это рыба?'.
В некоторых языках существуют различные градации вопроса, так, например, вязыке ава. Простой вопрос: iya-po 'собака-это?'. Вопрос, какой из двухпредметов имеется в виду (ср. русск. какой - который): poёra-popoqubo-popoq 'свинья-это + (или) крыса-это?'. Употребляясь с одной основой,эта форма обозначает вопрос в более смягченной форме: iya-popoq 'собакаэто или что-нибудь еще?'. Далее: iya-pomo 'а не собака ли это?' (и говорящий,и адресат речи не уверены в этом). И наконец, iya-rabiro - вопрос, накоторый безусловно ожидается положительный ответ: 'Это ведь собака?'. Соответственноградациям вопроса есть и градации ответа, хотя здесь выбор гораздо меньше.
Предложения с ограниченным употреблением. Здесь мы упомянем предложения-реплики,или ответы, и предложения, заключающие речь.
Предложения-реплики отличаются тем, что в них возможна морфологическая и синтаксическаяредукция отдельных аффиксов или целых слов. Так, в гадсуп в ответных репликахможет "выпадать" глагол, и имя получает общий предикативный аффикс -niили специальные аффиксы -mu, -mo и -mi, обозначающие "редуцированную"предикативность и одновременно лицо и число субъекта предложения (соответственно1-е л. ед. или мн. ч., 2-е л. ед. или мн. ч. или 3-е л. ед. и мн. ч.). На вопрос"Зачем они пришли?" может следовать ответ: kAma-mo-ni 'За бататом' (батат+ 3-е л. мн. ч. + предикативность).
Заключающие речь предложения (типа "вот и все") можно привести из языка телефол:tibokoli kwa 'я достаточно сказал' (= Dixi); абелам am tasol 'все!'.В качестве начинающих речь предложений ("...жили-были...") употребляются обращения(телефол: Num aa 'мой друг!') или экзистенциальные суждения, как в приводимомдалее тексте на языке асмат.

СИНТАКСИС ЦЕЛОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ. ОБОЗНАЧЕНИЕ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНЫХ И ОДНОВРЕМЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

В этом и следующем разделе мы понимаем под "синтаксисом целого высказывания"различные формы синтаксического выражения цепочки связанных или не связанныхдруг с другом действий или состояний. Строго говоря, в классической грамматическойтеории такого рода конструкции рассматриваются в четырех различных разделах- сочинение предикатов, глагольные обороты (типа деепричастных), сложносочиненныеи сложноподчиненные предложения. В языках, типологически отличных от индоевропейских,провести между этими видами конструкций четкую формальную границу затруднительно.
1. Наиболее простым случаем обозначения последовательно совершенных действийявляется сочетание независимых форм или конструкций; например, в таирора: ne-robi-ro 'он поел и пошел' (поел-он + пошел-он); агараби: oriyaah oriyaah'я-шел, я-шел' (шел я, шел...). В таирора в подобий цепи форм только одна (последняя)обязательно должна содержать полный набор глагольных аффиксов.
2. Такое сочинение в ряде языков требует специального формального выражения;например, в асмат: е so okoma, purumuc an taw-a 'и [она] начала песню"э", и [она] опять запела жалобу...' ("э" + песня + начала-она, жалобу + опять+ запела-она...).
3. Однако наиболее характерным для папуасских языков является употреблениетак называемых медиальных конструкций, т. е. конструкций, в которых одно действие(финальное) рассматривается как основное, а другое (медиальное) как вспомогательное.Обычно глагол в медиальной форме не располагает всем необходимым для финальнойформы набором аффиксов, но лишь некоторыми из них в сочетании с показателямимедиальности. Получается нечто очень похожее по семантике и даже по способуоформления на русское деепричастие с той, впрочем, существенной разницей, чтов папуасских языках медиальная и финальная формы могут иметь разный субъект(по типу "подъезжая к станции, у меня слетела шляпа").
Охарактеризуем медиальные конструкции па примере языка абелам. Здесь имеетсятри медиальных показателя. Один из них просто фиксирует несамостоятельный характердействия: wne re-tAy kA-kwA 'я + сидя + ем'. Другой, кроме того, обозначаетпоследовательность действий: vyA-wte-kA gera-kA-mene-gwA 'я-буду-бить-тебя-и+ ты-будешь-кричать' или jebA yA-wte-kA calekw yA-kwA 'долго + работая(я) + устал + я'. Третий показывает одновременность действия: te-men-w v-wte-n'ты-стоял-и + я-тебя-видел'. Укажем, что в абелам медиальные формы часто используютсяв несобственных функциях, заменяя финальные глаголы. В языке таирора медиальныеглаголы имеют полную парадигму форм (лицо, число, время-вид), например: t-ura-roiri-ro 'я-сказал-и + он-услышал', t-u-manta iri-a baunara 'он-(давно)-сказал-и+ я-услышал' и т. п.
Медиальные глаголы в той или иной форме встречаются в очень многих папуасскихязыках (особенно в языках Центрального Нагорья) и являются одной из характерныхтипологических особенностей этих языков.

СИНТАКСИС ЦЕЛОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ. ФОРМЫ ОБОЗНАЧЕНИЯ СВЯЗИ ДЕЙСТВИЙ

Рассмотрим формы обозначения связи действий на примере языка таирора.
1. Первое действие заканчивается, после чего начинается второе. В этом случаеупотребляется суффикс -te или -ke, присоединяемый к глаголу, обозначающемупервое действие: nama-ke-re bi-ro 'поел-сначала-он, пошел-он' (ср. ne-robi-ro 'съел-он + пошел-он'); aru-ka-iba-ro 'utu bi-ro 'когда-он (А)-побил-его(Б), он (Б) умер'. Уже из одних этих примеров видно, что таким образом выражаетсяне только факт следования, но и в какой-то мере причинно-следственные отношения.
2. Первое действие продолжается, а второе уже начинается. В этом случае употребляетсясуффикс -ha, если объект обоих глаголов один и тот же: kainantu-nini-ha-ro tafe-ro 'когда он (А) шел в Каинанту, он (А) увидел его (Б)' (в-Каинанту+ когда-шел (А) + он (А)-его (Б)-увидел). Если же субъекты разные, первое действиевыражается специальной медиальной конструкцией с вспомогательным гла-голом bai'быть': kainantu-ni ni ba-iba-ro tabe-ro 'когда (А) щел в Каинанту, он(Б) увидел его (А)' (Каинанту-в + идти бывши + когда (А) + он (Б)-его (А)-увидел).Интересно, что в формальном отношении эта конструкция близка индоевропейскимабсолютным конструкциям.
3. Действия происходят одновременно, В этом случае также употребляется либоспециальный суффикс 'i, например: uba tiba-'i-ro bi-ro 'он шел,разговаривая' (разговор + разговаривал-он-когда + он-шел), либо конструкцияс глаголом bai.
4. Первое действие начинается, в то время как второе продолжается. В этомслучае употребляется конструкция с вспомогательным глаголом i 'делать'в медиальной или финальной форме и полнозначным глаголом в форме будущего. времени.
5. Первое действие обуславливает второе. Это отношение (если... то...) выражаетсясочетанием первого глагола в форме дубитатива и второго глагола в любой необходимойформе; например, ba-irera 'он, вероятно, там'; bairera amiena'если он там, дай это ему'.
6. Ни первое, ни второе действие на самом деле не произошли, но если бы онипроизошли, то были бы связаны (если бы... то...). В этом случае употребляютсяирреальные формы глаголов либо в обеих половинах конструкции (если субъект тотже), либо только во второй (если субъекты разные).
7. Первое действие вызывает второе (только при разных субъектах). Тогда кформе первого глагола присоединяется специальный суффикс -bera; aa'ur-i-bera maa'aa bai 'дождь + шел-потому + дома + я-остался'.
В других языках можно найти похожие конструкции, обычно, правда, с менее разветвленнымиформами согласования. Особое место занимают в папуасских языках конструкциидля выражения чужой речи, так называемые квотативные. Нередко они не получаютникакого специального оформления; например, в кева: уа yapare ni naina ta'это птица, но я ее съем, - он говорит'. Однако бывает и иначе: см. ниже о квотативныхконструкциях в языке телефол.
Многие отношения действий, выраженные в русском и других индоевропейских языкахподчинительными конструкциями разного рода, в папуасских языках выражаются сочинительно:например, русское предложение "мужчина, который вчера пришел, - мой отец" наязыке абелам будет звучать так: wAny nale ya-n dw wne apA wA букв. 'этот+ вчера + пришел + человек + мой + отец + он-есть'.

ГРАММАТИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ЯЗЫКА ТЕЛЕФОЛ

ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ. МОРФОЛОГИЯ ГЛАГОЛА

Язык телефол распространен в округе Западный Сепик территории Новая Гвинея.На нем говорит около 4 тыс. человек. Довольно подробное описание этого языкадано Аланом и Филлис Хили в ряде их публикаций, вышедших из печати в 1954-1966гг. [39]. Мы опираемся без каких-либо оговорокна эти материалы. Их полнота и лингвистическая корректность и обусловили выборнами в качестве "образца" именно языка телефол.
Прежде чем перейти к изложению, скажем несколько слов о принятой нами вследза Хили практической транскрипции. Согласные: b обозначает помимо билабиальногоспирант (в интервокальной позиции) и придыхательный [ph] (в позицииконца слога); d - дентальный во всех возможных позициях; f имеетв начальной и интервокальной позициях билабиальный вариант [р]; k выступаетв виде взрывного придыхательного в начальной и финальной позиции и в виде велярногозвонкого фрикативного [g] в интервокальной; [kw] возможен тольков начальной позиции и обозначается сочетанием kw; l возможен лишьв интервокальной (аллофон - раскатистый [r]) и финальной позициях; mи дентальный n в пояснениях не нуждаются; задненёбный носовой обозначаетсякак ng; s всюду реализуется как дентальный спирант, a t- как дентальный взрывной придыхательный [th]. Гласные: /а/, /а:/(обозначается аа), /е:/ (обозначается ee),/i/, /i:/ (обозначаетсяii), /о/, /о:/ (обозначается оо), /u/, /u:/ (обозначается uu).
Как и почти во всех папуасских языках, в телефол морфология глагола болеебогата, чем морфология слов другим грамматических классов.
В глаголе выделяются корень и основа. Типовая структура основы:показатель объекта-лица + корень + деривационный суффикс + видовой суффикс.Префикс объекта-лица показывает, на кого направлено действие; он имеет парадигму,обычно из пяти местоименных по происхожденй . форм, например: ni-fili-n'жаль меня', ka-fili-n 'жаль тебя' и т. п. Деривационный суффикс образуетглагольную основу от именного по происхождению корня: katib 'маленький'- katib-an 'уменьшать'. Префикс объекта-лица употребляется лишь с переходнымиглаголами, деривационный суффикс лишь с непереходными. Вид может быть совершенными несовершенным; первый (его вернее было бы назвать точечным) обозначается суффиксом-l (после согласного нулем), второй (продолжающийся) - суффиксами -n,-m, -n'kal. Обычно кроме суффиксов виды обозначаются и разными вариантамикорня (примерно как в русском языке), например: boko-l (точечный варианткорня со значением 'говорить' плюс суффикс), но baka-m ("продолжающийся"вариант плюс суффикс).
Более сложную структуру имеет основа "бенефактивного" глагола, т. е. глагола,обозначающего действие, происходящее между двумя субъектами: "он говорит мне".В этом случае между деривационным и видовым суффиксами (или между корнем и видовымсуффиксом) вставляются показатель вида (обычно дублирующий "основной" показатель)и показатель второго участвующего лица, например boko-b-'nee-l- (корень+ видовой показатель + "меня" + видовой показатель).
К основе могут присоединяться следующие аффиксы. В финальной форме глагола:основа + суффикс времени + отрицание + субъектный показатель; например, bokol-an-tem-al-a'говорить + будет + не + он' (он не будет говорить). В нефинальных: основа +суффикс наклонения; например, bokol-intem 'говорить + нет' (он не будетговорить). В потенциальных: основа + суффикс потенциального субъекта; например,bokol-ak 'говорить + он (в потенциальной форме)' (он намерен говорить).В зависимой форме: основа + интервальный суффикс + предвосхищающий показательсубъекта + субъектный показатель; например: boko-siit-'nal-a 'говорить+ вскоре после + тот же субъект + он' (вскоре после того, как он сказал).
Поясним некоторые из употребляемых здесь терминов. Интервальный суффикс соответствуетпо значению союзному слову придаточного предложения. Будучи присоединены, скажем,к основе глагола "говорить", такие суффиксы (их пять) дадут соответственноследующие семантические оттенки: -om 'когда', 'и', 'после' (интерваланет или он минимален); -siit 'вскоре после' (интервал чуть больше); -som'некоторое время спустя'; -bom 'значительно после'; -bii 'значительнопосле при условии повторяющегося действия'. Предвосхищающий показатель субъектапоказывает, является субъект следующего (основного) действия тем же или другим,чем в данном (вспомогательном). Потенциальная форма переводится примерно как"он должен, будет, хочет что-то делать". Суффиксы наклонения названы так чистоусловно: это скорее суффиксы, присоединяемые к неизменяемым (нефинальным) глагольнымформам типа инфинитива и обозначающие соответственно: in - неопределенностьобычность действия, 'nama - запрещение, intem - отрицание, anakin- невыполненное обязательство, 'booma - всегдашнее действие и -ak- потенциалис.
Система глатолыных времен в телефол следующая (собственно это не временные,а видо-временные формы) [40] а) давно прошедшее(больше двух дней назад): boko-sa; б) обобщенное точечное прошедшее (т.е. что-то происходившее неоднократно за сутки или ранее до момента речи): boko-ba;в) вчерашнее прошедшее (один-два дня назад): boko-mansa; г) только чтопрошедшее (меньше дня): bokol-a; д) обычное прошедшее: baka-nuba;е) только что прошедшее обычное: baka-ba; ж) продолжающееся настоящее:bаkan-be; з) ближайшее будущее: bakam-a; и) завтрашнее будущее:boko-'boon tema; к) обобщенное будущее: bakam-an-tema. Некоторыеиз приведенных примеров имеют варианты.
Субъектные местоименные показатели имеют следующую парадигму: ni- 'я',kab- 'ты (мужчина)', kub- 'ты (женщина)', i- 'он', u-'она', nu- 'мы', ib- 'вы', i- 'они'. В объектных показателяхмножественного числа лица обычно не различаются. В некоторых случаях различаетсямножественное число мужского и женского рода; в других не различаются 2-е и3-е лицо множественного числа.
Все глаголы языка телефол делятся на пять синтактико-морфологических классов:
1) переходные глаголы (в которых инкорпорирован показатель объекта); 2) непереходныеглаголы (определяемые также и морфологически); 3) глаголы движения (тоже имеющееморфологическую специфику); 4) связочные глаголы ("быть", "случаться", "становиться");5) квотативный глагол akan'kalin 'говорить, хотеть, видеть'.
B телефол кроме простых глагольных форм встречаются и аналитические. Они состоятиз "дополнения" (назовем его вслед за Хили, чтобы не вносить терминологическойпутаницы, адъюнктом), в котором обычно концентрируется семантика формы, и вспомогательногоглагола, несущего синтаксическую нагрузку. Некоторые из вспомогательных глаголовупотребляются и с самостоятельным значением ("вставать", "есть", "покупать"),другие не имеют иной функции. Примеры аналитических форм: beelo akan'kaliin'звонок (bell) + говорить' = 'звонить'; tiin moomin 'глаза + вста.вать'= 'смотреть за'.
Некоторые глаголы с точечной основой (переходные) имеют соответствующую пассивнуюконструкцию аналитического типа с глаголом tebemin 'становиться', 'случаться',причем в качестве адъюнкта в ней нередко выступает редкая для папуасских языковредуплицированная форма: bakelamin 'расщеплять (дерево)' - bakel bakeltebemin '(бревно) расщеплено'. Особенно распространены аналитические формыс глаголом keemin 'быть', 'делать': fiing foong keemin 'шептать';kaal fong 'легкий по весу' - kaal fong keemin 'быть легким'; daak'вниз' - daak soo keemin двигаться 'чуть-чуть вниз', daak daak keemin'неоднократно идти вниз'. Очень интересна форма с местоименным адъюнктом и глаголомkeemin; ср., например, nita 'я' - nita nita keeli 'я выиграл','я добился успеха'. Есть и другие виды аналитических форм с keemin.
Простые глаголы и аналитические формы могут входить в состав более сложныхобразований, которые можно назвать аналитическими конструкциями (verb periphrases).В качестве служебной части таких конструкций (вспомогательных глаголов "второгоэтажа") выступают либо связочные глаголы, либо глаголы движения, а в качествеадъюнкта - разные нефинальные формы "наклонений" и другие слова и словосочетания.

ДРУГИЕ ГРАММАТИЧЕСКИЕ КЛАССЫ СЛОВ

В телефол есть грамматический класс имен, выделяемый по синтаксическим соображениями включающий в себя существительные, прилагательные и местоимения. В соответствиис европейской грамматической традицией мы будем рассматривать эти три подклассаотдельно.
Существительные. Внутри них можно выделить [41]:"одушевленные" имена, в свою очередь, разделенные на нарицательные (tanum'человек') и собственные; "неодушевленные" (baalut 'самолет'); локативные(am 'дом', atem 'лес'); временные {kutim 'утро'); вопросительные(dook 'что' wantab 'кто'). 'Не следует путать локативные и временныеимена с наречиями: это слова типа "утро", "лес", которые могут выступать и самостоятельно(например, как субъекты), и в наречной функции. В телефол распространен типсловообразования существительных путем слияния именного корня с другим корнем,чаще всего принадлежащим локативному существительному: teem 'нахождениевнутри', teem 'нахождение в' или diim 'нахождение на'. Примерытаких составных основ: atem 'лес' (at 'дерево' + -eem 'много')suukkoon 'книга' (suuk 'табак' + koon 'лист' - табак вОкеании был распространен в виде прессованных листьев).
Прилагательные. Они делятся на прилагательные: а) цвета (miil'синий'); б) размера (katib 'маленький'); в) оценки (usaab 'несчастный')и г) количества (alukum 'все'). В числе последних выделяется интереснейшаягруппа имен, которые в русском переводе выглядят как существительные, но в телефолвыступают в виде атрибута. Это слова типа "родители", akam 'супруги',ulimal 'человек и его сын, или дочь' и т. п, вплоть до mangkal'три или более человека одного поколения, родственные по крови, из которых однаили более женщины'.
Местоимения. Есть два ряда местоименных основ - эмфатические (типа"именно я", "мой собственный") и неэмфатические. Их синтаксическая функциязависит от прономиналы-юго суффикса (об этих суффиксах см. ниже). Местоименныхслов двенадцать (приводим неэмфатический ряд): ni 'я', nu 'мы',kab 'ты (мужчина)', kub 'ты (женщина)', ib 'вы', i'он (вообще)', kee 'он здесь', bee 'он там', u 'она (вообще)',koo 'она здесь', bоо 'она там', i 'они'. Формы koo,bоо, kee и bее употребительны и в единственном, и во множественномчисле. Имеется четырнадцать классов местоимений в зависимости от прономиналы-югосуффикса: -о - не имеет специального значения, -ta - субъект илиобъект предложения, -mi - притяжателы-юсть, -kal 'сам', -kàl'тоже', -tab - подобие или тождество, -siik 'первый', -sinon'столько', -so - союзное значение, - 'же', -ka 'а', сотрицанием 'не', -kub - восклицательность, - - вопрос, -аа- вокатив.
Имена не имеют специальной морфологической формы для выражения числа. Иногдадля обозначения множественности сочетаются синонимы: ulin ita sinam ita'дубинки'. Исключением являются "одушевленные" имена, имеющие суффикс множественногочисла -al.
Что касается грамматического рода, поскольку он выражен, то в "одушевленных"именах он зависит от пола, а в "неодушевленных" - от величины: предметы маленькогоразмера получают мужской род, большого - женский.
Числительные. В телефол имеется довольно сложная счетная система. Приведемее: 1 - maakub 'мизинец левой руки'; 2 - alob 'безымянный палецлевой руки'; 3 - asuno 'средний палец левой руки'; 4 - kalbinim'указательный палец левой руки'; 5 - ookal 'большой палец левой руки';6 - bukubkal 'левое запястье'; 7 - bankal 'левое предплечье';8 - ifankal 'левый локоть'; 9 - tukal 'левый бицепс'; 10 - nakalkal'левое плечо', 11 - kumkal 'левая сторона шеи'; 12 - tulunkal'левое ухо'; 13 - tiinkal 'левый глаз'; 14 - mitkal 'нос'; 15- tiin miliifoko 'другой глаз'; 16 - tuluun miliifoko 'другоеухо' и так далее до 27 - kakkat 'правой руки мизинец'. Число 27 обозначаетсятакже словом deeng, которое берется за основу дальнейшего счета: deengalob - 27 х 2 и т. п., до deeng mitkal 27 х 14, обозначающего также'очень много'.
Прочие слова. Здесь можно выделить: "тематическое слово" ise'то, о чем мы говорим'; наречия "первичного направления", предшествующие ядернойчасти именного словосочетания (их семь: iit 'сверху', meet 'вверх',yang 'вдоль', yak 'по, через', toob 'вниз', daak'внизу', tam 'внутрь, изнутри'); показатель неопределенности maak;наречия "вторичного направления", морфологически и синтаксически отличные отнаречий "первичного направления", но близкие им по семантике (они более дифференцированы).

СИНТАКСИС ИМЕННОГО СЛОВОСОЧЕТАНИЯ

Остановимся на некоторых типах та.ких словосочетаний.
Первый тип - притяжательная конструкция. Она имеет следующую структуру:определение + местоимение класса -mi (притяжательное) + определяемое,например: man imi koong 'ребенок + его + свинья'. При собственных именахможет не быть местоименного показателя: Alumeyok am 'дом Алумеока'. Втех случаях, когда мы имеем дело не с притяжательной конструкцией, а с конструкцией,выражающей отношение части и целого, местоимение также нередко опускается: waankoon 'батата листва'. Конструкции посессивного типа в телефол могут включатьв качестве определения не только распространенные словосочетания, но и целыепредложения: imanilang kamaa ki dikinubib umi sang 'они впервые вычистилисвой сад + история' = 'история о том, как они...'. По той же модели строятсявопросительные конструкции: intab waan 'что + батат' = 'какой сорт батата?'.
В телефол есть специальное имя kayaak (мн. ч. kasel), не встречающеесявне притяжательных конструкций и означающее 'сотрудник, рабочий такого-то' или'владелец того-то' или 'житель такого-то места' 'или 'знаток такого-то дела'- в зависимости от того, какого подкласса имя, стоящее в .позиции определяемого,например: kayaam boomi kayaak 'собаки этой хозяин', Ilibtaman kasel'долины Илиб жители'.
Далее, по типу притяжательной конструкции в телефол oстроится один из видовлокативной конструкции: suukkon teem 'книга + нахождение внутри' = 'вкниге'. То же с временной конструкцией. Здесь тоже все зависит от подклассаимени.
Второй тип - атрибутивная конструкция. Примеры таких конструкций: tanummafak 'человек + плохой'; tanum takang 'человек + очень многие';tanum ulimal 'человек + семья' = 'человек со своей семьей'. Если кромеимени данное имя определяется местоимением, порядок слов такой: местоимение+ определяемое + определяющее, например: imi ilim iin 'его платье черное'.Из всех этих примеров видно что порядок компонентов в атрибутивной конструкцииобратный по отношению к притяжательной.
Третий тип - координативная конструкция. Примеры: ib-so ni-so'вы-и я-и'; unang aa tanum аа 'женщины-и мужчины-и'; makalim min sinikmufak min 'духи (добрые) + и + духи + злые + и'. Иногда в таких конструкцияхимеется простая цепочка имен без специальных показателей.
Четвертый тип - аппозитивная конструкция: taabalaseb maasta Daal'мистер Доул, европеец'; kakkum Biimanengim 'Бииманенгим, твой друг'.
Пятый тип конструкции - конструкция с koo ake, имеющая значение'то есть', 'называемый', например: koong koo ake kamel букв. 'свинья,называемая верблюд', 'животное под названием верблюд'; tiiksa koo ake kafal'eemin'учитель (teacher), то есть тот, кто показывает'.
Далее в телефол выделяются разного рода обстоятельственные конструкции, аименно локальная, временная, собственно обстоятельственная (с глаголом движения),инструментальная ("посредством..."), а также конструкции, вводимые именем soo(со значением комитатива): unang soo 'женщина + совместность' = 'с женщиной',и конструкции с bimin, обозначающие отрицание экзистенциальности: tanumbimin 'человек + отсутствие', 'никого нет'.

СИНТАКСИС ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Порядок компонентов предложения в языке телефол следующий: обстоятельствовремени - субъект - обстоятельство образа действия - обстоятельство места -обстоятельство образа действия - "соучаствующий" субъект (т. е. тот, на когодействие направлено) - объект - предикат (перед объектом и перед предикатомтоже возможна постановка обстоятельства образа действия).
Субъект и предикат согласуются по лицу и числу: bееуо weeng bokoba'он + разговор + он-разговаривал'. В некоторых случаях (по подсчету Хили, в20%) переходные глаголы обозначают объект при помощи префиксации и, таким образом,возникает согласование объекта с предикатом: bееуо nimi nangkoola 'он+ меня + меня-он-бьет'. Наконец, существует и третий уровень согласования -согласование предиката с дополнительным, "соучаствующим" субъектом: niyokaabak mak tanum beemi koob'mi 'я дал человеку одну ветку' (я + ветку +одну + человек + я-ему-дал). В этом случае есть и более сложные формы согласования.
Предложение в языке телефол может завершаться специальным показателем наклонения.Их около 40.

Показатели наклонения

Нейтральные Выражающие фамильярность Выражающие нетерпение Восклицательные "Цитирующие"
Утвер-ждение в изолир. пред,в связной речиэмфатическоесочувственное koo kwa kubaaa un, kun-kubuu- kuu-sukubuu- eekweekube, sukube- oo-kuboo-
Вопрос субституцияальтернатива aaka, bele-ki uuakuu, bele-yuu -- eebele-yee ooakoo, bele-yoo
Импе-ратив общийнастоятельныйпросьба aeit, ehe'ehee' uu-- --- --- oo--
Кроме того, есть три показателя вокатива: аа 'эй!', uuu 'эй,ты!', еее 'сюда!'.
Соответственно выделяются следующие типы предложений: 1) утвердительное; 2)императивное; 3) запретительное; 4) вопросительное с альтернативой; 5) вопросительноес субституцией; б) вокативпое; 7) номинативно-императивное; 8) императивноес передачей; 9) вопросительно-именное; 10) восклицательное. В качестве придаточногомогут функционировать только типы 1-5. Приведем примеры на эти типы:
1. Alumeyok ita kwa Алумейок + он (это) + наклонение = 'это Алумейок';
2. Bokolal а 'скажи!';
3. Bokonamab 'не говори!';
4. Beeyo kabmi tiing bele beemi fik uu 'он твой старший брат или его?';
5. Вoоуо waami iman а 'это чье таро + вопрос';
6. Aben kubaa 'мать!';
7. Alumeyok uu 'Алумейок, действуй!'; Kaabak uu 'ветку мне!';
8. Sii kwa ya 'доброе утро" скажи!';
9. Alumeyok bееуо 'Алумейок?!';
10. Neeba yee 'на помощь!'.
Как и в других папуасских языках, в телефол имеется система медиальных форм,состоящих из основы, "интервального" суффикса, обозначающего вид, суффикса предвосхищениясубъекта (который различен в случаях тождественного и различного субъекта) иличного субъектного показателя. Их употребление в своего рода "деепричастномобороте" в принципе не отличается от описанного выше положения в других папуасскихязыках.
Соотнесенность действий может быть, кроме того, выражена в телефол одним изследующих способов:
А. Паратаксис: ang koo dee fun une 'убей его, свари его и ешь';une kulaa kooba 'он ел и кончил есть' ('есть + он-кончил + это').
Б. Постклитики: kaanu-ia...oo akenilib-ta... '(она-) умерла-и...+ (они-) говорили-и...'; man iyo ooken dub' kaa seeb unu-ta amanbe 'матьоставила дитя, (она)-пошла в кустарник, потому что (оно)-кричало'.
В. Союзные слова: tala-le mimte weeng uyo bo-kob'eenili-le'(он)-пришел-и + затем + я-сказал-ему-и';
Г. Местоимения: imak iyo timitim kuta kalel uta| duumant koo'муж + высок-он + но жена + малорослая'.
Особый, очень своеобразный тип сложноподчиненных предложений - это квотативные(цитирующие) конструкции. Они строятся по следующей модели: придаточное предложение(обычно в форме потенциалиса) + специальный показатель + главное предложениес глаголом akankalin. Значение этих конструкций .выходит далеко за пределыобычных для нас конструкций с прямой или косвенной речью. Вот их основные варианты:
'он сказал, что пошел': unbi уоо akeela koo 'я пошел + yoo +akeela koo;
'он хотел идти': uwon oo akeela koo 'я пойду' + оо + akeelakoo;
'я должен идти': unoon oo akeela koo 'я пойду' + оо + akeelakoo;
'он назвал ее "Фуумеэн": boomiwin Fuumeen oo akeela koo 'ее имя Фуумеэн'+ oo + akeela koo;
'он увидел, как она идет': unbu kalaa akeela koo 'oна пришла' + kalaa+ akeela koo.

ПРИЛОЖЕНИЯ

ТЕКСТЫ С ПЕРЕВОДОМ И КОММЕНТАРИЕМ

I. Асмат (диалект Фламинго Бэй)

Язык асмат распространен в центральной части юго-западного побережья ЗападногоИриана. Количество говорящих достигает 40 тыс. человек. Текст заимствован изкниги: С. L. Voorhoeve, The Flamingo Bay Dialect of the Asmat Language, 's-Gravenhage,1965. Это - часть исторической легенды.

Текст

(1) Owpacak, Cowutpacak. (2) A tiw Miwirpic. (3) Majit nucur in. (4) Se cakajesmar jiwu mu. (5) Se caka jesmar ci ser mokokom sen, cowak awuamsesmar in.(6) Owpacak Cowutpacak, a tiw Miwirpic am, mare erem ajamuwesmar in. (7) Eremamtakesmar, se caka jesmar, se pe makan mare, se ajiemeres in. (8) Pe akitmesin. (9) Pe akitmes, pu mu am akonawor in. (10) "Marewa, pu mu atewermara, jakaeren matetapmuca, eren maescesa", ihim aeres in. (11) Eren jipit cowak ajirimtapmoresin, ow mate. (12) Eren tepkurueres, ci anisajeres in.

Перевод

(1) Овпачак, Човутпачак (жили). (2) Их сын был Мивирпич. (3) Они были предкинарода Майит [одна из групп, говорящих на языке асмат]. (4) Ночью илистые отмелибыли сухими, было jiwi mu. (5) Ночью, когда илистые отмели были сухими,вся деревня пошла вниз по реке ловить рыбу ser. (6) И Мивирпич, сын Овпачакаи Човутпачак, пошел ночью с ними, (7) Ночью он тоже пошел вниз по реке, отмелибыли сухими, и они пошли на отмели ловить крабов в иле. (8) Все утро они ловиликрабов. (9) Пока они ловили крабов, начался прилив. (10) "Теперь кончим, приливначинает подниматься; пошлем кого-нибудь вверх по реке кликнуть людей; они должныприйти сюда", - закричали они. (11) Они послали человека вверх по реке позватьлюдей. (12) Там, вверху но течению, они согласились, и все они сели в каноэ.

Комментарии

(1) Вольным переводом было бы "Жили-были Овпачак и Човутпачак". Употреблениеимени в абсолютной форме соответствует предложению с экзистенциальным значением.Отрицание выражается постпозицией частицы opak 'нет': amas opak'саго нет'.
(2) а (-ar перед согласным следующего слова) - притяжательноеместоимение 3-го лица; tiw 'сын'. Аппозиция служит здесь, видимо, недля выражения предикативной функции, а соединяет два экзистенциальных высказывания:их сын (был), Мивирпич (был).
(3) nucur 'старый, древний'; ow nucur 'предок, предки'; Majitnucur идиоматически тождественно ow nucur; in - показательнеаутентичности высказывания: "говорят...",
(4) se 'ил'; caka 'заводь'; jesmar < ees 'делатьчто-то или происходить ночью'; jiwu mu 'время года в феврале-марте, когдавода по ночам стоит низко'; jesmar - форма настоящего или только чтопрошедшего прогрессива со значением нейтрального наклонения. "Только что прошедшее"в языке асмат - это время, обозначающее то, что случилось в день рассказа, нораньше его, или, напротив, так давно, что точное время неизвестно (как в нашемслучае). Промежуток между бесконечностью и. вчерашним днем включительно обозначаетсядругим глагольным суффиксом. Прогрессив - одна из видовых форм наряду с хабитуальной(обычной) формой предшествования и формой перфективности: ее можно считать нейтральнойвидовой формой. "Нейтральное наклонение" соответствует одной из двух парадигм,возможных в каждой из видовых и временных "клеток": ненейтральная парадигмаимеет помимо объективного значение эмфазы: no atakam atawmopokom 'о,вы говорите обо мне!' при atakam atawmokom 'вы говорите обо мне'. Наконец,форма на -mar обозначает 3-е лицо субъекта и 3-е лицо, в пользу которогонаправлено действие (т. е. в сущности возвратный характер действия). Далее,сочетание двух имен se + caka имеет значение атрибутивного сочетания"илистые заводи"; все предложение в целом переводится: 'илистые заводи + становилисьночью', т. е. 'ночью заводи становились из затопленных водой мелкими'. Jiwumu - экзистенциальное высказывание: оно паратактически присоединено к первому,хотя по смыслу явно имеет место причинное отношение (...потому что...).
(5) ci 'каноэ'; ser 'рыба сер'; mokokom < okokom 'ловитьрыбу определенным способом'; sen 'внизу по течению'; cowak 'все,весь'; awuamsesmar < wuamses 'выходить из дому ночью со многими людьми';mokokom форма желательности или намерения: 'чтобы'; awuamsesmar- форма прогрессива, морфологически тождественная рассмотренной выше. Такимобразом, буквальный перевод предложения будет, за исключением слова ci,следующим: 'Когда ночью отмели стали илистыми, рыбу сер чтобы ловить внизу потечению, совокупно (= все) ночью из дому со множеством людей отправились, говорят';ci, вероятнее всего, является именем в атрибутивной функции (ловить рыбуспособом каноэ - это соответствует сущности самого способа), по с полной уверенностьюэтого сказать нельзя.
(6) am 'и, также'; mare 'и вот', 'then'; erem 'ночью';ajamuwesmar < amuwes 'тоже отбыть ночью при помощи каноэ': 'Овпачаки Човутпачак, их сын Мивирпич также вот ночью (на каноэ с ними отбыл), говорят'.
(7) amtakesrnar < amtakes 'также спуститься ночью по течению'; ре'вид краба'; makan < akan 'ловить (крабов) для еды'; ajiemeres< ajiem 'шагать во время какого-то действия'. Это - форма прогрессива,более глубокого прошедшего (здесь служит просто для consecutio temporum); субъект3-го л. мн. ч., объект 3-го л. ед. ч. Таким образом, буквальный перевод таков:'Ночью он также спустился вниз по течению, ночью отмели стали илистыми, отмельныхкрабов чтобы ловить, вот на отмели они направились (раньше), говорят'. Числообъекта не выражено (= ед. ч.).
(8) akitmes < akit; pe akit 'ловить крабов утром'; форма прогрессива,недавно прошедшего, 3-е л. мн. ч. субъекта, 3-е л. ед. ч, объекта. Перевод:'Они ловили все утро крабов, говорят'.
(9) pu mu 'высокая вода, прилив'; am 'и вот...'; akonawor< okonaw 'двисаться на берег': форма глубокого прошедшего (по consecutioternporum). Буквальный перевод: 'Они ловили все утро крабов, и вот прилив надвинулся,говорят'.
(10) marewa < marev = mariw 'готовый, законченный, сделанный',форма на -а обозначает продолженность обозначенного словом состояния,т. е. 'находится в состоянии готовности'. Здесь слово употреблено в наречнойфункции: "давайте кончать"; atewermara < atewermar (та же форма) <tewer 'подыматься (о приливе)'; jaka 'здесь'; eren 'вверхпо течению; matetapmuca = matetapmuc < atetapom 'послать кого-либовверх по течению за людьми'. Это еще не встречавшаяся нам форма императива:"пошли (пошлите)"; maescesa < maesces < es 'идти к, прийти': форма3-го л. мн, ч. кондиционалиса, имеющая, однако (благодаря префиксу ma-),значение императивности, вернее, приказа: "пусть..."; inim 'так'; aeres< e 'говорить', форма глубокого прошедшего. Буквальный перевод: "Давайтекончать, прилив поднимается, отсюда вверх по течению пошлите кого-нибудь залюдьми, пусть они придут", - так они сказали, говорят'.
(11) jipit = jipic 'человек'; ajirimtapmores < jirimtapom'посылать вверх но течению': форма глубокого прошедшего, 3-е л. мн. ч. субъекта,3-е л. ед. ч. объекта; mate < ate 'звать', форма со значением намерения.Известное нам слово cowak здесь употребляется в смысле "один". Буквальныйперевод: 'Вверх по течению человека одного они послали, говорят, людей чтобыпозвать'.
(12) tepkurueres < tepkuru 'достичь согласия вверху по течению'(3-е л. мн. ч., глубокое прошедшее); anisajeres < nisaj 'сесть в каноэ(о множестве людей)'. Перевод: 'Вверху по течению они согласились, в каноэ сели,говорят'.

II. Насиои

Язык насиои (II тыс. говорящих) распространен на о-ве Бугенвиль (АвстралийскиеСоломоновы Острова). Текст дается по кн.: С. Hurd and Ph. Hurd, Nasioi LanguageCourse, Port Moresby, 1966. Грамматические введения о языке насиои можно найтив статье тех же авторов "Nasioi verbs" ("Oceanic Linguistics", vol. IX, 1970,№ 1).

Текст

(1) Poodoq nkanaa adeq oton? (2) Peedaboda mmaduin. (3) Nnaan-e taaman abuaduioqmmaduin deeqma. (4) Poodoq todoadako daq taaman abeain! (5) Tenan poodoq todoadakodeekoq nudin-e taaman abuain. (6) Daudim todoadabainan tikuduuq-keta naueain.(7) Keqmaakiq-keta tikuduuq tipuioq temuq nin-e oampaq. (8) Nin-e oamidaiqnan-enauampain.

Перевод

(1) Где моя свинья? (2) Она была голодна и вот убежала. (3) Я думаю, моя женане давала ей корма, и вот она убежала. (4) Когда твоя свинья вернется, кормиее сам! (5) Теперь, если свинья вернется, мой сын будет кормить ее. (6) Послетого, как твой сын вернется из школы, скажи ему. (7) Я не видел его долго, послетого как он ушел из школы вчера. (8) Когда я его увижу, я ему скажу.

Комментарий

(1) poodoq 'свинья'; в сочетании с атрибутом: poodoq mutukan'черная свинья'; nkanaa 'мой, моя'; adeq 'где'; oton 'он,она, оно есть, ты есть'. Буквальный перевод: 'Свинья моя, где она есть?'.
(2) peedaboda < peeda 'быть голодным' = основа + bo (показатель3-го л. ед. ч.) + (редуцированная форма от daiqnan - показательдополнительного действия, осуществляемого тем же субъектом, типа деепричастия);mmaduin < mmad 'убегать прочь' (основа) + u (показатель 3-гол. или 2-го л.) + in (показатель настоящего законченного времени). Перевод:'Будучи голодной, она убежала'.
(3) nnaan 'моя жена' = nn 'мой' + aan 'жена' (ср. daq-aan'твоя жена'), -е - показатель действующего лица; taaman 'корм';abuaduioq = a 'давать' + b (показатель косвенного объекта: тебе,ему и т. д.) + u (показатель 3-го или 2-го л. субъекта) + adu(показатель отрицания) + ioq (соединительный элемент, употребляемый только сглаголом, обозначающим прошедшее действие); deeqma 'вероятно'. Буквальныйперевод: 'Я думаю (вероятно), моя жена корм ей она не давала, и вот она убежала'.
(4) todoadako < todo 'возвращаться' = основа + а (показательрефлексивности, т. е. тождества субъекта и объекта) + da (показательед. ч. при возвратных глаголах) + 'когда'; daq 'ты'; abeain= a 'давать' (основа) + b (показатель косвенного объекта) + е(показатель 2-го л.) + ain (показатель будущего или императива), Перевод:'когда свинья вернется, ты корм ей давай!' (или: ей будешь давать!).
(5) tenan, 'когда'; deekoq 'если' (употребляется только относительнобудущих действий); nudin 'мой сын' (ср. -udin 'сын'). Буквальныйперевод: 'когда свинья вернется, если (это случится), мой сын корм давать ейбудет'.
(6) daudin 'твои сын'; todoadabainan = todo 'возвращаться' +а (показатель рефлексивности) + dab (показатель единичности) +ai (показатель будущего времени) + nan (показатель временной локализации,употребляемый дли будущих действий, если за ним следует глагол с другим субъектом);tikuduuq 'школа'; -keta 'из'; naneain = nas 'сказать'+е (показатель 2-го л. ед. ч.) + ain (показатель императива). Перевод:'Твой сын, когда вернется из школы, скажи ему'.
(7) Keqmaakiq 'вчера'; tipuioq = ti 'оставлять' + p (показатель3-го л. объекта) + u (показатель 2-го л. или 3-го л. субъекта) + ioq(см. предложение 3); temuq 'долгое время'; nin-e 'я'; oampaq= о 'видеть' + amp (показатель 1-го л, субъекта) + а (показательотрицания в настоящем). Буквальный перевод: 'Вчера из школы (обратить вниманиена инверсию показателя keta!) он (после того как) пришел, долгое времяя его не вижу'.
(8) Oamidaiqnane = o 'видеть' + am (1-е л. субъекта) + idaiqnan(деепричастный показатель) + е. Последний показатель здесь употреблендля обозначения того, что разговор закончен и ожидается его продолжение; nauampain= nau 'сказать' + amp (1-е л. субъекта) + ain (показательбудущего), Буквальный перевод: 'Я, увидя, скажу'.

III. Абелам (диалект восера)

На языке абелам - самом крупном из языков группы нду - говорит, по даннымна 1958-1959 гг., 29 тыс. человек. Он распространен по нижнему течению р. Сепикв Австралийской Новой Гвинее, Текст дается по кн.: D. С. Laycock, The Ndu LanguageFamily, Canberra, 1965.

Текст

(1) nAne gay-bА kwa-nAne-n. (2) kwa-y kwy kwa-y yawy yAke taw'-nAne-n. (3)yawy tamy-nAne-n. (4) yawy tamy-Ay kA kwA-nAne-n. (5) kA kwA-y kA va-y gay-bAwar-Ay caky-nA.ne-n. (6) gay-bA war-Ay caky-nA-gA sistEr fatEr dawle y-dAre-n.(7) dawl y-Ay nAne kA dw wAlA dakwA wAlA piksa kera-dAre-n. (8) piksa kera-yyale-dAre-n mawkety-t. (9) Em tasol.

Перевод

(1) Мы спали (оставались) в деревне. (2) И вот мы (стали) рубить кустарник,чтобы сделать огород. (3) Мы готовили огород. (4) Приготовив огород, мы посадилимами (вид ямса). (5) Мы посадили мами, затем мы собрали их, поднялись вверхи поместили их в деревне рядами. (6) Когда мы поднялись вверх и поместили ихв деревне, сестры (монахини) и отец (священник) спустились вниз (из миссии вдеревню), (7) Они спустились и сделали картины (фотографии) нашего мами, такжемужчин и женщин. (8) Они сделали фотографии и потом ушли в Маукети (другая деревня).(9) Это все.

Комментарий

(1) nAne 'мы'; gay 'деревня'; - постфикс-локализатор;kwanAnen = kwa 'спать' + nAne (показатель субъекта 1-го л. мн.ч.) + n (показатель прошедшего времени). Перевод: 'Мы в деревне спали'.
(2) kwa-y - форма медиального глагола типа деепричастия; kwy- неясная форма; yawy 'огород'; уА 'делать'; ke - показательцели, 'чтобы'; taw 'рубить, резать'. Буквальный перевод: 'Спали мы, спали,(и затем) огород делать чтобы мы рубили (кустарник)'.
(3) tamy 'делать, готовить'. Буквальный перевод: 'Огород мы готовили'.
(4) tamy-Ay: форма "деепричастия"; kA 'ямс' (сорта мами); kwA'сажать'. Перевод: 'Огород подготовив, мами мы сажали',
(5) va 'копать', здесь "собирать 'ямс'; war 'подниматься вверх'(из долины в горы); caky 'выстраивать в ряды'. Буквальный перевод: 'Мамипосадив, мами собрав (естественно, между этими событиями прошло известное время!),в деревне, поднявшись, мы (их) в ряды выстроили'.
(6) caky-nA-gA: основа + показатель 1-го л. мн. ч. + показатель медиальногоглагола (употребляющийся, если следующий за данным глагол: а) не в будущем времении не в императиве; б) обозначает действие более позднее или следующее из описываемого;в) обычно если он имеет другой субъект); sistEr fatEr - оба слова заимствованыиз неомелапезийского. То, что в слове sistEr множественность не выражена,обычно для абелам: takw 'женщина' и 'женщины'. Так же обычна и аппозициядля обозначения сочинительной связи: wAny bale wAny acА waryAber 'этасобака (и) эта свинья (они двое) дерутся'; dawl 'вниз'; y-dAre-n'они пришли'. Эта форма показывает, что монахинь было много-иначе был бы употребленпоказатель bere. Буквальный перевод: 'В деревне, поднявшись, (мами) вряды когда мы выстроили, монахини и священник вниз они спустились'.
(7) nAne kA - пример посессивного употребления личного местоимения:мы + мами = наше мами; dw 'мужчина', 'мужчины'; dakwA = takwA'женщина, женщины'; wAlA 'также'; piksa 'фотография' (picture)- заимствование из неомеланезийского, здесь, как видно по смыслу, во множественномчисле. Начиная со слова nAne и до piksa это все - единая атрибутивнаяконструкция: "фотографии того-то и тех-то"; kera 'снимать'. Буквальныйперевод: 'Вниз спустившись, нашего мами и мужчин и женщин фотографии они сняли';
(8) -t - показатель направления. Остальные слова и морфемы известны,Буквальный перевод: 'Фотографии сняв, они поднялись в Маукети'.
(9) Emtasol - тоже заимствование из неомеланезийского: "and that'sall".

Примечания

1. По традиции считается, что исходное малайскоеслово papoewah или poewah-poewah означает 'курчавый'. Однако,как любезно сообщил нам Ю. Х. Сирк, словари малайского языка такого словане дают (только 'папуас', за исключением словаря П. Пойнаппеля [J. Pynappel- 1863, стр. 159]. Более вероятна другая этимология, даваемая тем же словарем,- от малайско-полинезийского (локализуемого автором словаря неточно) poewa'восток' (т. е. 'восточные люди').

2. Политический статус рассматриваемых территорийследующий: до последнего времени юго-восточная часть острова под названиемПапуа (центр - Порт-Морсби) принадлежала Австралии. Что касается его северо-восточнойчасти, называемой Новой Гвинеей, то это бывшая (до первой мировой войны) колонияГермании, после Версальского мира переданная под мандат, а позже под опекуАвстралии. Архипелаг Бисмарка и о-ва Бугенвиль тоже относились к опекаемымАвстралией территориям. В 1949 г. был создан так называемый административныйсоюз Папуа - Новая Гвинея. В послевоенные годы на территории Папуа - НовойГвинеи широко развернулось национально-освободительное движение. В настоящеевремя Папуа - Новая Гвинея стала самоуправляющейся территорией, однако вплотьдо предоставления стране полной независимости контроль над ее внешней политикойи обороной будет осуществлять Австралия.

3. Сейчас произведены некоторые измененияв административном делении (округ Сепик разделен на Западный Сепик, ВосточныйСепик; из Восточного Нагорья выделен округ Чимбу). Однако следует иметь ввиду, что основная литература по папуасским языкам опубликована до введениянового деления.

4. Основным источником по генетическим связямязыков Новой Гвинеи, а также по локализации отдельных семей и групп и численностинародов являются обзорные работы А. Кэпелла и С. Вурма (см. в конце книгисписок литературы), особенно статья [Wurm - 1970б].

5. Классификация дается по Вурму: [Wurm -1970б, 548-551]. В ее основу Вурмом положены лексико-статистические данные(см. ниже]. Здесь и далее языки считались принадлежащими к одной семье,если лексикостатистический индекс близости превосходил 28%; к одной надсемье,если он был 12-20%; к одной филе, если он был 5-12%.

6. А. Кэпелл в своих последних публикацияхсчитает более или менее твердо установленным существование 13 языковых общностей.Это: а) языки Нагорья (первая фила); б) языки п-ова Юон во главе с кате (втораяфила); в) группа (семья?) бинандере; г) языки кукукуку; д) языки койари; е)языки ок и оксапмин; ж) языки киваи; з) языки тоарипи; и) языки дем-ндани-ухундуни;к) языки экаги-водани-мони; л) языки каморо-семпан-асмат; м) семья нду; н)языки юго-восточной части о-ва Бугенвиль [Capell - 1969, 66].

7. Так, о языке дем имеется лишь один источник- четырехстраничная заметка, содержащая в основном тексты.

8. Мы имеем в виду меланезийские языки. Чтокасается языков индонезийских, то их статус не вызывает сомнения. Крупнейшиеиз них - нумфор (ок. 40 тыс.), вондана (ок. 10 тыс.) и варопен. Все распространеныв Западном Ириане.

9. Ср.: Wurm - 1965; Wurm and Laycock - 1961,и мн. др. В частности, языки Нагорья считались принадлежащими к одной семье,если совпадали от 28 до 81%. При совпадении 12-28% языки считались принадлежащимик "надсемье".

10. Перечислим здесь еще раз языки и группыблизкородственных языков и диалектов, на каждом из которых говорит не менее10 тыс. человек. Это - сиане, асаро, бенабада, камано (около 40 тыс.), йагариа,форе, гими, хаген (60 тыс.), гавигл, вахги (около 40 тыс.), чимбу (60 тыс.),гумине, элимбари, энга (110 тыс.), хули (54 тыс.), менди, кева (40 тыс.),виру, карам, набак, тимбе, фуйуге, эваге, орокаива, асмат, авйу, нгалум, керева,экаги, мони, абелам, боикен, капау, арапеш, тоарипи, насиои.

11. Бутинов - 1968, 27-28. Это, кстати,неверно и фактически: такие попытки, конечно были.

12. "Сказанное выше могло бы привести квыводу, что число различных языков на Новой Гвинее оказалось меньше, чем этопредставлялось ранее. Однако стало совершенно ясно, что скорее верно обратноеутверждение" (Wurm - 1960, 129].

13. Характерно, что в обзорной статье, опубликованнойв сб. "Linguistics in Oceania", Лэйкок и Форхуве недвусмысленно указываютна неправоту Н. А. Бутинова в данном пункте и обвиняют его в априорном подходе(Laycock and Vorhoeve - 1970, 522]. Эти авторы приходят к неутешительномувыводу, что "чем больше становятся группы (родственных языков), тем болееразличными оказываются оставшиеся" (стр. 524).

14. [Bunn and Scott - 1962, 6]. См. также[Schlesier - 1961, 553]. Этот факт был отмечен и ранее, но Н. А. Бутинов посовершенно непонятным причинам его отрицает [Бутинов - 1962а, 143].

15. В частности, он один из трех официальныхязыков, на которых проходят заседания законодательного совета Новой Гвинеи,созданного в 1964 г. и в основном назначаемого правительством (другие два- английский и моту). См. [Baker - 1966, 327]. Помимо "официального" употребления,английский язык принят как родной лишь в небольшой группе жителей Порт-Морсбии Рабаула, получивших высшее или среднее образование на этом языке [Laycock- I970, 890].

16. См. [Hall - 1966, XIII; Hooley - 1962,116]. По последним данным, неомеланезийский является родным примерно для 10тыс. человек [Wurm - 1970б, 1010; Wolfers - 1971].

17. Специалисты считают, что для того чтобы,например, охватить радиовещанием большинство коренного населения, необходимо30-40 языков [McKey - 1967, 32]. Думается, что на данном этапе это нереально.

18. Здесь, правда, надо сделать ссылку нато, что информация об этом идет в основном из индонезийских источников.

19. Van der Voen - 1915; Capell - 1944;Boelaars - 1950. Того же мнения придерживаются Ч. Лоукотка, Г. Кован, Й. Ансои, хотя и с оговорками, даже С. Вурм, привлекающий лексико-статистическиеданные Г. Кована. Эти последние дают, однако, весьма низкий процент общности(2-10%) и к тому же, по словам Вурма, не заслуживают доверия.

20. В качестве источников использованы следующиеработы: Luzbetak - 1956; Nicholson - 1962; Voorhoeve - 1965; Laycock - 1965;Wurm - 1964б. Здесь и далее мы по техническим причинам используем транскрипцию,несколько отличную от принятой в зарубежных изданиях. В частности, звуки типарусского"ш" передаются всюду как sh, мягкость обозначается апострофом,задненёбные носовые передаются как ng. Встречающийся в языках гадсуп, абелами др. звук, обозначаемый обычно так называемой крышечкой, передается намичерез А прописное. Звук языка абелам, обычно обозначаемый знаком "шва", передаетсячерез "е", а звук, обозначаемый "е", - через Е прописное.

21. См. об этих аспектах фонетики папуасскихязыков [Е. Pike - 1964].

22. Фонологические тоны характерны кромеперечисленных для ряд языков Нагорья, семьи гоилала, семьи ок, языков оксапмин,фасу, экаги, мони, ухундуни, телефол, ванимо, ско.

23. Тумаркин - 1969, 80. Впрочем, и сейчасв этих школах учится всего 20% учеников против 80% в миссионерских [S. Wurm- 1970a, 1030].

24. Wurm - 1966. Того же мнения - о необходимостиначинать обучение непременно на родном языке - придерживается А. Кэпелл [Capell- 1969, 17].

25. Однако обучение грамоте на родном языке,как указывает австралийский педагог-коммунист Дж. Купер, очень важно для ликвидациинеграмотности среди взрослых, см. [Cooper - 1967, 63].

26. Миклухо-Маклай - 1951. Ср. в этой связиинтересную брошюру [Healey - 1964а]. Кстати, интересно, что в своих записяхМаклай, по свидетельству А. Ханке, не избежал описанных им ошибок, хотя ихи немного.

27. См. об этом также [Baker - 1966, 332-335,"Тайные языки на Новой Гвинее"].

28. Этого не понял А. Ханке, писавший: "Неясно,какое отношение имеет это растение к тайному языку" [Hanke - 1909, 76].Мы опираемся здесь на приводимые им данные.

29. По мнению Ю. X. Сирка (устное сообщение),папуасские языки можно разделить в этом отношении на три группы: а) языки,выражающие в глаголе и субъектно-объектные, и видо-временные, модальные ит. п. оттенки; б) языки без показателей субъекта и объекта, но выражающиевремя-вид, наклонение и т. п.; в) языки без синтетического спряжения, пользующиесяслужебными частицами.

30. О различных типах сочетания этих морфсм. [Capell -1969]. Мы не приводим здесь классификации Кэпелла, так как оначрезвычайно сложна и детализирована и в то же время не дает необходимого дляданной книги общего представления о специфике папуасских языков.

31. Характерна оговорка Н. А. Бутинова иЮ. М. Лихтенберг о том, то папуасский глагол включает в себя "показатели места,времени, образа действия и даже (!), если глагол переходный, показатель местоименногообъекта" [Бутинов и Лихтенберг - 1956, 379]. Объектные показатели могут выступатьв папуасском глаголе как в самостоятельной функции (и переводятся тогда как'его', 'их', 'меня' и т. п.), так и дублируя синтаксически выраженный объект.Подробно обо всех этих вариантах см.[Capell - 1969].

32. Едва ли в одном суффиксе объединяютсяантонимичные значения: видимо, дело в различной внутренней ориентированностиграмматической категории. Для нас усиление качества ассоциируется с увеличениемразмера: у носителя языка асмат - наоборот. Подобные факты были известны иранее. Например, русский, стремясь выразить интенсивность действия или сильнуюстепень выраженности того или иного качества, непроизвольно понижает тон.Но в языках Африки, например эве, йоруба, интенсивность, или сильная выраженностькачества, систематически обозначается повышением тона: эве na3naa3'сладко', na1naa1 'очень сладко'. В прилагательном(точнее - имени) языка асмат есть, правда, специальный суффикс для обозначенияограниченной степени качества: awut 'большой' - awutpicim 'довольнобольшой'.

33. Грамматические классы имеются, в частности,в языках маринд, авйу, якаи, бвадии, кати, мони (Западный Ириан) и в сравнительнонемногочисленных языках восточной части острова (валман, семья гоилала, языкиверхнего течения Сепика, языки п-ова Юон, языки нду, баининг, монумбо, арапеши др.).

34. Это, однако, скорее синтаксические илисемантико-синтаксические, чем морфологические классы. Вообще грамматическиеклассы в папуасских языках, как правило, имеют согласовательный характер.Но см. ниже о языке баининг.

35. Его попутно отметили лишь два автора,занимавшихся проблемой местоимений в папуасских языках, из работ которых мыи взяли эти таблицы [Pence - 1968; Boxwell - 1967].

36. Крыса здесь - герой сказки и поэтомувыступает как "лицо".

37. Видимо, можно разграничивать здесь собственноэкзистенциальные (имеется...) и дескриптивные (это...) конструкции. Во всякомслучае, в некоторых языках они выражаются различно. Например, в тоарипи собственноэкзистенциальные конструкции включают связку, а дескриптивные - строятся безглагольного предиката: vavaea rovala reha 'корабль большой это'. Норазличие этих конструкций для папуасских языков в целом нехарактерно.

38. В плане возможной эргативности интересенязык каморо, ср. [Capell - 1969, 10].

39. Healey - 1954; Healey - 1956; Healey- 1965; Healey - 1966, ср. также Healey - 1962; Healey - 1964a.

40. Мы иллюстрируем ее на примере все тогоже глагола boko(baka) 'говорить'.

41. Говоря о подклассах и группах внутриних, мы (вслед за Хили) опираемся на соображения, связанные с возможностьюупотребления имен данного подкласса (группы) в определенной синтаксическойпозиции. Система же позиций, как явствует и из нашего изложения, очень сложна,что дает возможность весьма дробной классификации.


Примечания

Бутинов - 1956 - Н. А. Бутинов, Происхождение и этническийсостав. Происхождение народов Океании, - "Народы Австралии и Океании", М.,1956. Бутинов - 1957 - Н. А. Бутинов, Западный Ириан, - "Советская этнография",1957, № 4. Бутинов - 1962а - Н. А. Бутинов, Происхождение и этнический состав коренногонаселения Новой Гвинеи, - "Труды ИЭ АН СССР", т. 80, М.-Л., 1962.Бутинов - 1962б - Н. А. Бутинов, Этнолингвистические группы на Новой Гвинее,- "Советская этнография", 1962, № 3.Бутинов - 1968 - Н. А. Бутинов, Папуасы Новой Гвинеи, М., 1968.Бутинов и Лихтенберг - 1956 - Н. А. Бутинов, Ю. М. Лихтенберг, Языки народовМеланезии, - "Народы Австралии и Океании", М, 1956.Бунак и Токарев - 1951 - В. В. Бунак, С. А. Токарев, Проблема заселения Австралиии Океании, - "Происхождение человека и древнее расселение человечества", М.,1951.Варшавский - 1968 - С. Р. Варшавский, Легенда о топоре, - "Русская речь",1968, № 6. Иванченко - 1966 - А. Иванченко, Неумирающий Маклай, - "Литературная Россия",1966, № 1.Коротков - 1968 - Н. Н - Коротков, Основные особенности морфологического строякитайского языка, М., 1968. Леонтьев - 1963 - А. А. Леонтьев. Возникновение и первоначальное развитиеязыка, М., 1963.Лихтенберг - 1962 - Ю. М. Лихтенберг, Система родства папуасов Новой Гвинеи,- "Труды ИЭ АН СССР", т. 80, М.-Л., 1962. Миклухо-Маклай - 1951 - Н. Н. Миклухо-Маклай, Собрание сочинений, т. III,ч. 1, М.-Л, 1951.Морозов - 1967 - С. Н. Морозов, Австралийский колониализм, М., 1967. Пучков - 1967а - П. И. Пучков, Население Океании, М., 1967. Пучков - 1967б - П. И. Пучков, Системы классификации океанийских языков иэтнолингвистическая классификация народов Океании, - сб. "Языки Юго-ВосточнойАзии", М., 1967.Толстов - 1950 - С. П. Толстов. Значение трудов И. В. Сталина по вопросамязыкознания для развития советской этнографии, - "Советская этнография", 1950,№ 4.Тумаркин - 1969 - Д. Д. Тумаркин, Просвещение в Папуа-Новой Гвинее, - "Советскаяэтнография", 1969, №6.Численность - 1967 - "Численность и расселение народов мира", М., 1967. Шеворошкин - 1969 - В. В. Шеворошкин, Звуковые цепи в языках мира, М., 1969.Baker - 1966 - S. J. Baker, The Australian Language, 2-nd ed., Svdney, 1966.Bee - 1965 - D. Bee, Comparative and Historical Problems in East New GuineaHighlands Languages, Canberra, 1965.Bee and Pence - 1962 - D. Bee, A. Pence, Toward Standardization of a SurveyWord List for Papua and New Guinea, - "Studies in New Guinea Linguistics",Canberra, 1962. Bibliography - 1966 - Bibliography of the Summer Institute of Linguistics.New Guinea Branch, Ukarumpa, 1966.Bibliography - 1968 - Bibliography of the Summer Institute of Linguistics,Santa Ana, 1968. Boelaars - 1950 - J. Н. М. С. Воеlааrs, The Linguistic Position of SouthwesternNew Guinea, Leiden, 1950. Boxwell - 1967 - М. Воxwеll, Wen Pronoun System, - "Linguistics", vol. 29,1967. Bunn and Scott - 1963 - G. Вunn, G. Sсоll, Languages of the Mount-Hagen Sub-District,Port Moresby, 1963. Capell - 1940 - A. Сареll, Language Study for New Guinea Students, - "Oceania",vol. 11, 1940. Capell - 1944 - А. Сареll, Peoples and Languages of Timor, - "Oceania", vol.14, 1944, № 3.Capell - 1962a - A. Capell, A Linguistic Survey of the Soulh-Western Pacific,2-nd ed,, Noumea, 1962. Capell - 1962б - A. Capell, A New Approach to Australian Unguistics, Sydney,1962.Capell - 1962в - A. Capell, The Techniques of Structure Statistics, - "Oceania",vol. 33, 1962, № 1. Capell - 1969 - A. Capell, A Survey of New Guinea Languages, Sydney, 1969.Cowan - 1953 - H. K. J. Соwan, Voorlopige resultaten van een ambtelijk taalonderzoekin Nieuw-Guinea, The Hague, 1953. Cowan - 1959 - Н. К. J. Соwan. La classification des langues papoues, - "Anthropos",vol. 54, 1959, f. 5-6. Cоореr - 1967 - J. Cooper, Education in New Guinea, - "Australian Left Review",1967, № 2. Deibler a. Trefry - 1953 - E. DeibIer, D. Тrеfrу, A Report: Languages of theChimbu Sub-District, Port Moresby, 1953. Franklin a. Franklin - 1962 - К. and J. Franklin, The Kewa Counting Systems,- "Journal of the Polinesian Society", vol. 72, 1962, № 2. Galis - 1955-1956 - K. W. Galis, Talen en dialecten van Nederiands Nieuw-Guinea,- "Tijdschrift "Nieuw Guinea"", vol. 16, 1955-1956. Galis - 1960 - К. W. Galis, Telsystemen in Nederiands Nieuw-Guinca, - "NieuwGuinea Studien", vol. 4, 1960. Greenberg - 1970 - J. Greenberg, The Indo-Pacific Hypothesis, - "Linguisticsin Oceania", The Hague-Paris, 1970. Hall - 1966 - R. Hall, Pidgin and Creole Languages, Ithaca, 1966.Hanke - 1909 - A. Hanke, Grammatik und Vokabularium der Bongu-Sprache. Berlin,1909. Healey - 1954 - Ph. Healey, Telefol Quotative Clauses, - "Papers in New GuineaLinguistics", Canberra, 1954. Healey - 1956 - Ph. Healeу, Telefol Verb Phrases, Telefol Clause Structure,- "Papers in New Guinea Linguistics", Canberra, 1956.Healey - 1962 - A. Healey, Linguistic Aspects of Telefol Kinship Terminology,- "Anthropological Linguistics", vol. 4, 1962, № 7.Healey - 1964a - A. Healey, Telefol Phonology, Canberra, 1964.Healey - 1964б - A. Healey, Handling Unsophisticated Linguistic Informants,Canberra, 1964. Healey - 1965 - Ph. Healey, Telefol Noun Phrases, Canberra, 1965. Healey - 1966 - Ph. Healey, Levels and Chaining in Telefol Sentences. Canberra,1966.Hollyman - 1960 - К. J. Hollyman, A Checklist of Oceania Languages, Auckland,1960.Hooley - 1962 - B. A. Hooley, Transformations in Neomelanesian, - "Oceania",vol. 33, 1962, № 2.Hooley - 1968 - В. А. Нооlеу, SIL Research in New Guinea, - "Kivung",vol. I, 1968, № 2. Kluge - 1938 - Th. Кluge, Die Zahlbergnffe der Australier, Papua undi Bantuneger,Berlin, 1938. Kluge - 1942 - Th. Кluge, Volker und Sprachen von Neu-Guinea, - "PetermannsMitteilungen", Bd 88, 1962. Laycock - 1965 - D. C. Laycock, The Ndu Language Family, Canberra, 1965. Laycock - 1966 - D. С. Laycock, Papuans and Pidgins: Aspects of Bilingualismin New Guinea, - "Те Reo", vol. 9, 1966.Laycock - 1970 - D. С. Laycock, English and other Germanic Languages, - "Lunguisticsin Oceania", The Hague-Paris,1970. Laycock a. Vorhoeve - 1970 - D. C. Laycock, C. L. Vorhoeve, History of Researchin Papuan Languages, - "Linguistics in Oceania", The Hague-Paris, 1970. Linguistics in Oceania - 1970 - "Current Trends in Linguistics. 8. Linguisticsin Oceania", The Hague-Paris, 1970. Loukotka - 1952 - C. Lоukоtka, Les langues papoues, - "Les langues di| rnonde",2-me ed., Paris, 1952.Loukotka - 1953 - C. Loukotka, Papuanske reci v dile N. N. Miklucho-Maklaje,- "Ceskoslovenska etnografie", vol. I, 1953. № 1.Loukotka - 1957 - C. Loukotka, Classification des langues papoues, - "LinguaPosnaniensis", VI, Poznan, 1957. Luzbetak - 1956 - L. J. Luzbetak, Middle Wahgi Phonology, Sydney, 1956. McElhanon - 1971 - K. A. McElhanon, Classifying New Guinea Languages, - "Anthropos",vol. 66, 1971. McKaughan - 1964 - H. McKaughan, A Study of Divergence in Four New GuineaLanguages, - "American Anthropologist", vol. 66, 1964, № 4, p. 2. McKey - 1967 - J. K. McKey, Administration Broadcasting in Papua and New Guinea,- "Australian Territories", vol. 7, 1967, № 1-3. Milewski - 1948 - Т. Milewski, Zarys jezykoznawstwa ogolnego, cz. II, z. 2,Lublin-Krakow, 1948. Milewski - 1965 - T. Milewski, Jezykoznawstwo, Warszawa, 1965. Muller - 1876-77 - F. Muller, Grundriss der Sprachwissenschaft, Bd I, Wien,1876-1877. New Guinea Languages - 1955 - New Guinea Languages (Map), Port Moresby, 1955.Nicholson - 1962 - R. and R. Niсhоlsоn, Fore Phonemes and their Interpretation,- "Studies in New Guinea Linguistics", Canberra, 1962. Pence - 1968 - A. R. Pence, Analysis of Kunimaipa Pronouns, - "Kivung", vol.1, 1968, № 2.Pike - 1963 - K. L. Pike, G. Scott, Pitch Accent and Non-Accented Phrasesin Fore (New Guinea), - "Zeitschrift fur Phonetik, Sprachwissenschaft undKommunikationsforschung", Bd 16, 1963, H. 1-3.Pike - 1964 - Е. V. Pike, The Phonology of New Guinea Highlands Languages,- "American Anthropologist", vol. 6, 1964, № 4. Pynappel - 1863 - J. Pynappel, Maleisch-Nederduitsch woordenbock, 1863.Ray - 1892 - S. Ray, The Languages of British New Guinea, - "Transactionsof the 9-th International Congress of Orientalists", vol. II, London,1892.Ray - 1927 - S. Ray, The Papuan Languages, - "Festschrift Meinhof". Hamburg,1927. Salzner - 1960 - R. Salzner, Sprachenatlas des Indopazifischen Raumes, H.1-2, Wiesbaden, 1960.Schlesier - 1961 - E. Schlesier, Uber die Zweisprachigkeit und die Stellungder Zweisprachigen in Melanesien, besonders auf Neuguinea, - "Beitrage zurVolkerforschung. Hans Damm zum 65. Geburtstag, Berlin, 1961. Schmidt - 1920 - W. Sсhmidt, Papuasprachen, - "Deutsches Kolonial-Lexikon",Bd III, Leipzig, 1920. Shafer - 1965 - R. Shafer, Was New Guinea the Graveyard of 100 South Asianand Pacific Cultures?, - "Orbis", t. 14, 1965, № 2. Trombetti - 1927 - А. Тrombetti, Le lingue dei papue e gl'idiomi dell'Africa,- "Festschrift Meinhof", Hamburg, 1927. Van der Voon - 1915 - H. van der Voon, De Noord-Halmahera'se taalgroep tegenoverde Austronesiese talen, Leiden, 1915.Voegelin, Voegelin and Wurm - C. F. Voegelin, F. M. Voegelin, S. Wurm, S.O'Grady, T. Matsuda. Obtaining an Index of Phonological Differentiation fromthe Construction of Non-Existent Minimax Systems, - IJAL, vol. 29, 1963, №1.Voerhoeve - 1965 - С. L. Voerhoeve, The Flamingo Bay Dialect of the AsmatLanguage, 's-Gravenhage, 1965.Wolfers - 1971 - E. Wolfers, A Report on Neo-Melanesian, - "Pidginizationand Creolization of Languages", ed. by D. Hymes, Cambridge, 1971.Wurm - 1960 - S. Wurm, The Changing Linguistic. Picture of New Guinea, - "Oceania",vol. 31, 1960, № 1. Wurm - 1964a - S. Wurm, Motu and Police Motu, - "Papers in New Guinea Linguistics",Canberra, 1964. Wurm - 1964б - S. Wurm, Phonological Diversifications in Australian New GuineaHighlands Languages, Canberra, 1964. Wurm - 1965 - S. Wurm, Recent Comparative and Typological Studies in PapuanLanguages in Australian New Guinea, - "Lingua", vol, 15, 1965. Wurm - 1966 - S. Wurm, Language and Literacy, - "New Guinea on the Threshold",Canberra. 1966.Wurm - 1970a - S. Wurm, Language Policy, Language Engeneering and Literacy,- "Linguistics in Oceania", The Hague-Paris, 1970.Wurm - 1970б - S. Wurm, The Papuan Linguistic Situation, - "Linguistics inOceania", The Hague-Paris, 1970. Wurm - 1972 - S. Wurm, Linguistic Research in Australia, New Guinea and Oceania,- "Linguistics", vol. 87, 1972. Wurm a. Harris - 1963 - S. Wurm, J. B. Harris, Police Motu, Canberra, 1963.Wurm a. Laycock - 1962 - S. Wurm, D. C. Laycock, The Question of Languageand Dialect in New Guinea, - "Oceania", vol. 32, 1962.


развернуть свернутьО СОТРУДНИЧЕСТВЕ
СОТРУДНИЧАЙТЕ С НАМИ
Мы предлагаем щедрые условия вознаграждения наших партнеров - значительную комиссию от стоимости заказов по приведенным Вами клиентам.

Для обсуждения условий сотрудничества, пожалуйста, обратитесь к нам

Вы также можете бесплатно пригласить специалиста по партнерским отношениям к Вам в офис 

или приехать к нам в офис по адресу:


РФ, г.Москва, ул. Павловская, 18, офис 3

Переводчикам и редакторам предлагаем заполнить анкету

АНКЕТА ПЕРЕВОДЧИКА
Анкета переводчика/редактора

Письменные переводы:

перевод
редактирование

Степень владения

перевод
редактирование

Устные переводы:

перевод
редактирование

Степень владения

перевод
редактирование

Возможность выполнения срочных заказов

да
нет

Наличие статуса ИП

да
нет

Возможность командировок

да
нет

Для обсуждения условий сотрудничества, пожалуйста, обратитесь к нам